Книга Тюремщица оборотня, страница 2 – Ли Литвиненко

— Вот, — подоспела к нему девушка и протянула чашку с теплым питьем. — Ваше лекарство.

Дядюшка Тоби, видно, хотел сказать ей что-то колкое, но воздуха ему не хватало, и он лишь зло мотнул рукой, как рыба, выброшенная на берег, хватая губами воздух. Он уперся руками в колени, стараясь успокоиться и восстановить дыхание.

Каждый такой его приступ был для Мины настоявшим испытанием, ей всегда казалось, что дядя вот-вот задохнется и умрет. В такие моменты, незаметно для себя самой, она тоже задерживала дыхание и когда дядюшка, наконец, вдыхал полной грудью, сама жадно начинала дышать, будто перед этим кто-то держал её рот зажатым. Вот и сейчас, когда легкие старика, наконец, вспомнили, как работать, она тоже шумно вдохнула и с облегчением выдохнула.

— Дурында, — не зло, даже как-то облегченно махнул рукой дядя. — Сдохну, что делать будете?

Ответа от Мины он не ждал, это был его вечный риторический вопрос, по нескольку раз на день задаваемый никчемным нахлебницам. Что они будут делать, женщины не знали, ведь Тобиас был единственным в семье, кто мог заработать. Когда старика не станет, в этом маленьком домике, на краю захудалого городка, наверняка поселится голод.

— Давай свое лекарство, — потребовал старик, осторожно садясь на край кровати. — Будь оно неладно…

Мина протянула кружку в растопыренные пальцыТобиаса, но из рук не выпустила и заботливо придерживала её, пока дядюшка пил мелкими глотками горькую микстуру. Аптекарь рекомендовал добавлять в напиток ложку меда, но такой роскоши в доме давно не водилось, и старик недовольно морщился от неприятного вкуса настойки.

На дорогу от дома до замка, расположенного почти в центре города, у медленно бредущего старика, цепляющегося за локоть своей племянницы, ушло около часа. Большие кованые ворота были еще закрыты, но специально для всех желающих попасть в замок на двери, расположенной в правой створке, висел деревянный молоток, привязанный обычной бечевкой. После пятого удара маленькое окошко вверху открылось, и Мина увидела опухшее от сна и выпивки лицо одного из местных стражей.

— А, это ты Тоби… — зевнул страж и захлопнул окошко.

Сразу же заскрипели несмазанные петли, и дверь открылась.

Никогда раньше Мина в замке не была. Её дяде иногда, за долгую и верную службу, перепадали с барского плеча ненужные вещи или в честь праздника выделялась корзина продуктов. Тогда девушка, чтобы помочь донести подарки до дома, приходила сюда вместе с дядюшкой, но всегда ожидала его у ворот, привычно стараясь лишний раз не показываться никому на глаза и не напоминать о себе.

— Пока о тебе не помнят, ты в безопасности, — любил повторять ей дядюшка. — Смотрят и как бы не видят. А случись чего, попадешь под горячую руку и… — тут он задумчиво замолкал, лишь шамкал по-стариковски губами и недовольно качал головой.

Напоминать лишний раз Мине, что её в любой момент на законных основаниях могут до смерти забить камнями, он не любил. Девушка и так все восемь лет, что жила в его доме, тряслась как осенний лист и боялась даже собственной тени.

— Вот смотри теперь внимательно и запоминай, — наставлял её дядюшка, переступая кованый порожек ворот. — Вот тут сторожка охранников, — махнул он на дом, прилепленный к внутренней стороне крепостной стены. — А вон там, два окна на втором этаже, кабинет мистера Зога. Сначала обязательно идешь к нему, он запишет, что ты приходила, и выдаст оплату за день… и Ему на еду.