Книга Присвоенная ночь. Невинная для герцога, страница 58 – Наталия Журавликова

— Благодарю, герцог. У вас здесь много возможностей интересно провести время.

Я постаралась вложить в свои слова как можно больше светскости и придерживаться должного вежливого тона.

Однако герцог отреагировал по-своему. Он усмехнулся, и на этот раз в улыбке участвовали его глаза.

— От самой интересной ты пока отказываешься… хотя и не особо искренне.

После завтрака я и правда решила прогуляться в саду. Тем более, что герцог уедет по делам, и нам не придется с ним сталкиваться.

Полунамеки, что были в его глазах и улыбке, сводили меня с ума.

Но вместе с тем, тревожили слова Максвелла о том, что против него плетут интриги.

Молодой герцог Коллин сменил своего отца не так давно. Но я не раз уже слышала, что при нем стало легче дышать беднякам. Первое, что он сделал, вступив в наследство — убрал два налога, которые крестьянам казались глупыми и обременительными.

Первый — налог на урожай. Для каждого вида плодов или зерен существовала норма, в зависимости от величины своего угодья. Сборщики податей приезжали после сбора урожая, взвешивали все и если вдруг наблюдался хоть небольшой “перевес”, его забирали, не оплачивая ничего трудяге. И это помимо обязательной подати, которая шла с “нормы”!

Так что иметь плодородные участки было невыгодно.

Второй налог был на сбор дождевой воды в бочки.

Дескать, подставляя под дарованную духом дождя какую-либо тару, ты отнимаешь ее у полей, ручьев, рек и прочего, что подпитывается милостью природы.

В сезон дождей инспекция ходила по участкам и заглядывала в бочки. И поди докажи, что натаскал ведром!

Когда Максвелл Коллин упразднил эти налоги, крестьяне поставили его портрет на главной площади и три дня носили к нему цветы и произносили хвалебные речи.

Герцог — прекрасный правитель для Ремтиллена!

Если его сместят, это станет огромной потерей и для Медлевила и прочих уездов.

А еще… еще я не хотела, чтобы ему было плохо.

Он волновал меня как человек, как мужчина. С каждым днем все больше.

Даже когда дразнил меня и злил так, что хотелось надеть на его прекрасную голову тарелку с омлетом, все равно волновал.

Что и говорить, именно с ним я бы хотела испытать первую страсть, он привязал меня к себе своими бесстыжими поцелуями и касаниями.

Но я ни за что не признаюсь в этом, Максвелл Коллин!

Понимая, насколько сбивают меня с толку мысли о герцоге, я поспешила в сад. И выбрала самую уединенную беседку у дальнего пруда, чтобы не столкнуться ни с кем из обитателей дворца.

Каково же было мое удивление, когда она оказалась занята!

Услышав громкий, недовольный голос, я замедлила шаг и помимо воли прислушалась.

Шпионить не в моих правилах, но сейчас, кажется, в герцогстве началась игра не по правилам.

— Откуда принесло эту девицу? — гневно спрашивала… Клементина? Я не уверена была, что голос принадлежит ей, поскольку говорила с ней только раз. Да и откуда взяться в поместье герцога его бывшей невесте?

Неужели Максвелл ее пригласил?

Я напрягла слух, пытаясь расслышать ответ, который ей торопливо кто-то старался дать.

Голос был мужской, но очень тихий, с моего места не разобрать.

Кажется, Клементина тоже этой манерой ответа была недовольна, потому что сказала:

— Да что ты там мямлишь? Я с трудом понимаю! Умеешь же нормально говорить!