Книга Присвоенная ночь. Невинная для герцога, страница 87 – Наталия Журавликова

Я потеряла ощущение реальности, в моем теле рос восторг.

В какой-то момент я перестала чувствовать стыд, принимая его ласки с трепетом и желанием.

В каждой клеточке тела отдавалось биение сердца. А в нем самом росло нечто большее, чем жажда наслаждения. Это была любовь.

Пусть невзаимная и ненужная герцогу Коллину, но такая необходимая мне. Мне хотелось целовать его в ответ. Принимать его близость и дарить свою.

Нараставшееот запредельно откровенных ласк сладостное напряжение разрешилось экстазом. Я никогда не чувствовала ничего подобного и сложно сказать, как вела себя в этот момент.

Кроме телесного восторга это было… единение, ощущение доверия. Я обмякла в руках Максвелла, а он гладил меня по волосам, шептал что-то, чего я не могла разобрать сквозь шум в ушах. И нежно вытирал слезы, которые вдруг сами собой потекли по щекам, я их и заметила только когда герцог ими занялся.

— Тебе было хорошо? — сказал он в самое ухо, поэтому я услышала. — Хочу, чтобы ты это сказала.

— Да, — прошептала я, — и я хочу, чтобы и тебе стало так же.

— Я буду нежен и дальше, — пообещал он, — тем более, нам удалось тебя расслабить.

И не успела я отойти от того, что только что испытала, начался второй виток вихря страсти.

Но теперь я не была безучастной. Я гладила и целовала совершенное тело герцога, стараясь передать в прикосновениях чувство, о котором не стоит говорить вслух. Свою любовь.

Пространство стало тягучим, а время бесконечным.

Казалось, вокруг все расплавилось и мы в центре собственного крошечного, и вместе с тем, безграничного, мира.

Когда наши тела наконец слились в вечном танце, объединяющем самых близких мужчину и женщину, я ощутила легкую боль. Но она была словно отдельно от меня, а шепот Максвелла развеивал и уносил ее, как ветер гонит тучи.

Все закончилось и мы упали на постель, обессиленные.

Ничего уже не могло быть как прежде, Максвелл Коллин стал моим первым мужчиной.

Но я от этого не сделалась ЕГО женщиной.

Проснувшись утром первое, что я ощутила — тяжесть теплой и сильной руки на своем теле.

Меня обнимали, прижимая к себе.

События минувшей ночи возникли в сознании вспышкой.

Меня обожгло изнутри…

Герцог Максвелл Коллин стал моим первым мужчиной. Я познала страсть и плотскую любовь, будучи замужем… но не с супругом.

Теперь мне придется с этим жить. А еще надо открыть глаза и встретить взгляд Максвелла.

Не могу же я весь день пролежать в кровати, притворяясь спящей.

— Доброе утро, красавица, — горячие губы у моего уха. Дыхание, похожее не теплый ветер. И мурашки по коже, вниз от шеи к позвоночнику и ниже.

— Будешь изображать спящую? — промурлыкал Максвелл. — Тогда я притворюсь, что пытаюсь тебя разбудить.

Он поцеловал меня за ухом, вызывая все большую дрожь.

Пальцы нежно гладили мою кожу.

Такое прекрасное пробуждение.

И такое странное.

Я чувствовала, будто краду что-то или поступаю против закона.

— Я не сплю, герцог, — мой голос был тихим, но, надеюсь, ровным.

— Хватит называть меня герцогом, — сказал он, — и нечего притворяться, что для тебя это было чем-то вроде исполнения долга.

— Но это так и есть, — я наконец повернулась к нему лицом.

Какой глубокий взгляд!

И его черты… они казались такими родными. Словно Максвелл стал мне самым близким человеком на свете.