Книга Академия СКАТ: между нами космос, страница 89 – Мию Логинова, Алана Алдар

— Тебе опять плохо? — вообще это очень настораживает. Откат давно должен пройти, хвост… Я уже смирился, что он является показателем нехватки э-э-э меня в кошачьем организме. Так вот, хвост спокойно лежал рядом с хозяйкой,только кисточка недовольно подрагивала, стуча о землю.

— Да нет же. Это все твоя рыба! Она воняет.

— Я всегда думал, что коты любят рыбку, — поддел, не удержавшись. Лицо у нее было наредкость недовольное. Йен вообще себе такого не позволяла, никогда не была капризной, а уж в полевых условиях тем более.

— Я люблю рыбу, Берг! Очевидно, ты не мастер готовки.

— Эй! Нормально я готовлю, — втянул носом запах. Вкусно же. Аж в желудке заурчало от предвкушения. — Отлично пахнет, чего ты.

— Химикатами и отравой! Хуже, чем в лаборатории Фертица.

— Да ну тебя! Если от голода лапы протянешь, я не виноват.

— А если от еды?

— Точно не от моей готовки. Рыба свежак — только из речки, — хотя уверенности, конечно, нет. Потому что костюм все ещё не считает этот свежак живым. Сам чувствую себя идиотом: глаза говорят, что передо мной живой организм, а FBOT (родной и не менее надёжный, чем глаза), в упор не видит признаков жизни. Идан наверняка бы уже нашел причину. С детства он пропадал в лабораториях дядьки и любил все эти загадки генетики.

— Ашхен? Только не психуй, ладно? — лёгкий дым от костра параноидально казался сигналкой, видной на пару десятков километров и тем самым жутко действовал на нервы. С трудом сдерживаясь, чтобы не сканировать местность постоянно, я все же то и дело оборачивался. Попасть в плен к врагу не хотелось, но и голодная смерть нисколько не прельщала.

Если бы не противное ощущение постоянной опасности, то мы, считай, на пикнике. Природа, нетронутая человеком. На Кэт не осталось такой. Да и что там за природа, вне купола? Вечная мерзлота, черные снега да безлюдные пустыни? Тут тоже безлюдно, но зелено. Как будто растительность и живность победили технологии.

В старых записях воспоминаний первых переселенцев такой показывали Терру. Зелено-голубая планета с приятным, пригодным для комфортной жизни климатом. Говорят, что ее убила звезда, но сторонники деградации (ДСД) утверждают, что всему виной технологии и человек. Созданное движение "за естественность" выступает против вмешательства в климатические условия колонизированных планет, требуют полностью отказаться от достижений генетики и технологий. Говорят, мы и эти планеты уничтожим. И сами себя до кучи. Психи, конечно. Кто теперь согласится жить в болезнях и помереть в шестьдесят, если можно дожить до ста, поддерживая вполне достойное состояние органов. Вечной жизни не изобрели, но нашли лекарства от многих, считавшихся неизлечимыми болезней. Научились подстраивать под себя климат за счёт куполов и внутренней циркуляции энергии по его поверхности. Больше нет голодающих: выращенные в теплицах растения и овощи обеспечивают все нужды Тритона. Несколько планет союза идеальны для фермерства, именно они поставляют мясо и аграрную культуру для всех членов Содружества. Как можно считать это убийством планеты?

— Говори уж.

— А правда раньше на кошках еду проверяли на свежесть? — Йен вскинула голову, привычно-резко реагируя на вопрос о своей расе. Хвост тут же принялся долбить землю, как будто желал найти источник природного газа или ещё какие — то ископаемые глубокой залежи. Скорее просто меня придушить, конечно. Вот тебе и вся благосклонность, до первого неугодного словца. — Я серьезно. Дан где-то читал и показывал мне, что продукт на Терре давали кошке пробовать, если сомневались в пригодности. Если не ест, значит на выброс, — звучит как опыт на живых существах, запрещённый Конвенцией. — Если допустить, что тебе невкусно по той же причине, по которой FBOT не видит живого в этой рыбе, то может она тухлая?