Книга Хозяйка таверны. Сбежавшая истинная, страница 46 – Алана Алдар, Мию Логинова

— Довольно.

Я улыбнулся.

Голос шел со спины.

Сила требовала оборота, но я сдержался. Повернулся к говорившему. Тьма потянулась к нему, обвила ноги, доползла до пояса. Тот стоял спокойно, без страха. Только любопытство плясало во взгляде.

— Ну здравствуй, брат.

Вот и познакомились.

— Значит, на тебя не действует? Занятно… — он казался озадаченным, но точно не расстроенным.

Что на меня не действует? Его магия? Конечно нет.

Родовой источник признал наследником меня. И вопреки старшинству, подчиняется мне. Значит, по праву сильного, я защищён от любого вида ментального воздействия всех детей Фирса.

— Пришел и меня убить, братец? — насмешливо уточнил первенец моего отца. Высокий, худой, как все сугры. С бледным лицом и водянистыми глазами. И с крыльями. Одно чёрное, как у ворона.А второе… механическое.

Он поморщился, когда тьма коснулась голых участков его тела и попыталась пробиться в сознание. Меня опалило жаром. В голове вспыхнула яркая молния света. Привет из сугры. Братец встал в оборону, значит…

— Я пришел за сыном. Если для того, чтобы уйти с ним придется тебя убить, значит придется.

— Ещё скажи, что не за этим меня искал. Подерутся или нет? Вот в чем вопрос. У меня, кстати ещё вопрос имеется. Вы подписаны на авторов? И на меня, и на Мию? Мне там до красивой цифры всего немножко осталось. Порадуем меня? (:

Каинан

— Не надо! Пожалуйста! Это не я! Не я!

Девчонка, заикаясь от рыданий, бросилась прочь. Спотыкаясь, едва не падая, она неслась в сторону открытого балкона.

Неужели выпрыгнет?

Я ускорил шаг.

— Я не виновата, слышишь! Я ее не убивала!

Писклявый, детский совсем голос неприятно постукивал в сознании. Жаль нельзя ее придушить, чтобы замолчала. Лучше раз и навсегда. Ненавижу детские крики.

Как с детьми утомительно возиться. Почему Эрхаам не перерезал мне глотку, когда я был таким же?

Наставник, суровый, неразговорчивый. Его в Гильдии звали трехглазым за редкий среди асунов дар легко предсказывать будущее и видеть суть вещей. Один из лучших убийц. Никогда не промахивался. Ни разу не ошибся. Я до сих пор не мог понять, с какой стати ему было со мной возиться. Необремененный семьёй и обязательствами, свободный, как птица в утреннем небе и вдруг повесил себе такое ярмо на шею. Выхаживал, выкармиливал. Выучил.

— Не подходи к ней! — долговязый бастард братца кинулся мне наперерез, закрыв собой этот источник раздражающего шума.

— Ты мне, значит, запрещаешь? — Я сделал ещё шаг. Девчонка заскулила, плюхнулась задом на каменный пол и закрыла лицо руками, сжавшись в жалкий дрожащий ком.

Какое будущее нас ждёт с таким наследием?

— Я тебе не позволю, — мальчишка вздернул острый подбородок и сощурился, глядя мне в лицо.

Как интересно. Даже шага назад не сделал. Неужели на него не действует?

— Эрхаам? Почему все меня сторонятся? Потому что я урод и калека?

Каким же я был дурным в детские годы! Не умнее этой драконьей принцесски. Самому противно вспоминать. Хотел друзей завести, все пытался сойти за своего.

Однокрылая ворона.

Так меня называли другие ученики. Крыло не пряталось, как у птиц. И я ковылял с ним, вечно переваливаясь на одну сторону, на потеху всем кругом. А потом, лет в десять, у меня проснулся дар. И из вороны я превратился в “Кошмар идёт”.