Книга Сердце черного замка, страница 25 – Алана Алдар

Риэрн до сих пор ощущал тоску, сдавившую грудь, помнил, как горечь затопила все внутри. Почему-то странная эта девчонка была добра ко всем: к старику-хранителю, к цветку. И только на него смотрела с ненавистью и холодным презрением, будто он самолично виноват во всех ее бедах. Самое смешное, что ничего плохого он ей не сделал. Впустил в сердце замка, позволив коснуться самого ценного, что здесь росло, выделил комнату, велел замку присматривать, чтобы не влезла куда не надо и не убилась ненароком. В чем, спрашивается, винил его колкий, злой взгляд зеленых глаз? Стоило сморгнуть, как лицо ее тут же вырисовывалось из темноты, напряженное, осуждающе, разочарованное.

Чудовище… Так она сказала накануне? Все верно. Убийца, затворник, пустивший в себя слишком много тьмы. Иногда казалось, что вобравший всю тьму разом. Куда больше, чем стоило и можно выдержать смертному. Жалел ли он? Нет. Ему нужна была сила, достаточная, чтобы убить и он, совсем еще ребенок, не готовый к такому количеству тьмы в душе, тянул ее из разлома, будучи в своем праве, посвященным наследником Хранителя. Если бы понадобилось, он бы и сейчас сделал так же, даже зная, как дорого придется всю жизнь платить за это решение.

Риэрн прошел к столу, коленом отодвинул стул, устало опустившись на него, налил себе вина. Первый контракт на поставку всего необходимого для жизни в замке заключил тот самый прадед — Аэрн Латру. Пока строили замок, дед с женой жили в ближайшей деревне. Уехать новый хозяин бездны, как его прозвали селяне, не мог. Стоило связи ослабнуть иподавленные его волей существа вновь поднимали головы, наполняя лес диким, холодящим душу воем. Как только замок вырос над лесом, Аэрн с женой и едва окончившим академию сыном переехал в самое сердце темного леса, покидая его пределы только когда кому-то из сельчан нужна помощь мага. В уплату за такую жертву селяне обслуживали замок, поставляя семье мага продовольствие и необходимые в быту мелочи. Портальные шкафы располагались в подсобках мясника, пекаря, кожевника и остальных ремесленников. Стоило опустить в шкаф посылку, та сразу же переправлялась в подвалы замка. Прямо как это вино. Столько веков прошло, а селяне все так же исполняли долг, хоть Риэрн ни разу не вышел к ним с тех пор, как стал хозяином этих земель и хранителем бездны.

Усмехнувшись, маг сделал большой глоток. Его опять знобило и алкоголь не помогал согреть черное нутро. Налив еще бокал, маг покачал перед глазами бордово-масляной жидкостью. Новую порцию доставили позавчера. Как бы не была сильна людская ненависть, а страх перед силой и чернотой первородной магии все равно сильнее. Они не посмеют нарушить установленного порядка, потому что тогда порождения тьмы выйдут из леса. Это сейчас Риэрн держит их при себе, но может ведь спустить с поводка в любой момент. Люди этого вполне заслуживали, надо сказать.

— Можно? — Риэрн вздрогнул, открыв глаза, потер затекшую шею, огляделся, осознав, со смешком, что уснул на собственном столе. Вино, которым он пытался согреться, пятном растеклось по столу, местами впитавшись в раскрытую на эпохе первого разлома книгу. Листы побагровели и набухли, как свежая, отмеченная воспалением рана.

Переведя взгляд на дверь, Риэрн скользнул по женской фигурке, смущенно мявшейся в дверях. Странная девочка. То кидается на него цепным псом, то пугливо опускает глаза в пол. Раздвоение личности у нее что ли?