Книга Ведьмин ключик от медвежьей клетки, страница 58 – Ксан Крылатая

Марех, чтобы не смущать нас своим присутствием, решительно остался ночевать в сарае, в шкуре медведя. «Не холодно и удобно» — заявил он поднявшись, и начав помогать мне убирать со стола утварь. Противиться не стала, испытывая при этом странное незнакомое чувство.

А ещё мы решили пока не раскрывать истинное лицо нашего оборотня. Нужно подождать, предпримет ли что-то ведьма, лишившая его семьи. Да и с этим гостем городским неясное пока дело. Вроде бы пояснил, что о нападениях узнать хочет, но… Даже матушка не решилась сказать, верит ли ему.

А ещё — думала я, пока на цыпочках ходила по дому — мы так и не обговорили, останется ли оборотень у нас, или же уйдет? Ведь теперь он может спокойно найти себе новый дом, устроиться где-нибудь подальше, и начать новую жизнь. Без ведьмы и ее волков. Вопрос у меня, конечно, вертелся на языке, но… Задать почему-то не смогла, и сейчас он снова тревожит мысли.

— Лучик, это перец, — раздался тихий голос с подоконника.

Я взглянула на маленькую берестяную баночку в руке, что однажды подарил леший. Да, в кашу он точно не идёт.

— О чем ты так задумалась опять?

— Вот думаю, где же будет жить Марех? — немного переиначила вопрос я.

— Так в сарае… хотя да, фамильяру в сарае — не пристало! А почему бы ему…

Мява продолжила тихо рассуждать, а я, услышав главное, что оборотень вообще-то мой фамильяр, успокоилась. Ведь фамильярам положено жить рядом с ведьмой.

С улицы донёсся шум. Мы с кошкой переглянулись и выглянули в приоткрытую дверь.

— Кажется, Марех там свое временное жилище ремонтирует. Я сейчас.

Мява шмыгнула в щель, и только тень мелькнула через двор. А мне стало так любопытно, что там происходит, что не удержалась и прикрыв глаза, начала вспоминать заклятье «единения душ». Не пользовалась им пару лет, но сейчас оно далось так легко, будто вчера повторяла. Матушка говорила, что чем крепче связь фамильяра и его ведьмы, тем легче даётся единение.

"Тихо крадусь, мягко переступая лапами по прохладной траве. Подхожу к открытым дверям и заглядываю внутрь. Марех, стараясь не шуметь, перебирает доски, что-то внимательно в них высматривая. Кивает чему-то, поднимается. У стены присаживается на корточки и прикладывает доску к стене. От его действий по обнаженной спине перекатываются тугие мышцы. Но мой взгляд падает на пол, где мужчина пытается одной рукой нашарить гвоздь. Приближаюсь, и бесшумно запрыгиваю на стоящий рядом бочонок. Наблюдаю, как сильная рука приставила гвоздь к доске, а другая, играя мускулами, берет молоток и не сильно размахивается. В этот момент вижу шёлку ниже доски.

— Стой, там щель! — произношу голосом кошки. Вернее, слышу, как мой фамильяр предупреждает оборотня. Я-то, конечно, промолчала бы…

— Ай! Зар-раза.

На меня хмуро смотрят глаза, которые лишь чуть поблескивают в слабом свете лампы.

— Не хотела напугать, — ничуть не смущаясь произношу… то есть, произносит кошка. — Больно?

— Ты чего подкрадываешься, черная?

Тряся ушибленным пальцем, спросил мужчина, а потом начал дуть на него. Но под моим взглядом быстро взял себя в руки, и сделал вид, что все в порядке.

— Да проверить пришла, что за шум, и нет ли драки? А тут ты. И щель там…

Оборотень резко выдохнул и расправил плечи. Я снова засмотрелась, но уже на его грудь. Интересно, волоски на ней такие же мягкие, как шерсть медведя? А живот… вот эти кубики… Я, конечно, касалась их, когда он впервые обернулся, но думала в тот момент совсем не о том. А сейчас захотелось прикоснуться, проверить. Но я вдруг тряхнула головой, и простонав «а подглядывать нехорошо», закрыла глаза лапой."