Книга Неугодная жена. Школа для бедных леди Эйтлер, страница 12 – Ирина Манаева

- Хотя бы скажи, чей он! – не успокаивается мать.

Хочется повторить ответ – «не знаю», только я – замужняя женщина, у которой есть определённые обязательства перед супругом. Жаль, что этих правил нет у самого Кардиуса, который решил устроить себе гарем из сестёр. Да и как признаваться в связи с Карфом, когда я сегоднявидела его впервые.

Мать трогает мой живот, болезненно нажимая то тут, то там. И я пытаюсь смахнуть её руки со своего тела.

- Уйди, - прошу, надеясь, что действие аромата скоро выветрится. Какую гадость она мне дала?

- Если и есть, то срок ещё маленький, - будто говорит сама с собой, а потом выходит из комнаты, оставляя меня одну.

Пытаюсь подняться, но голова плывёт. Как от вертолётов. И мне с первого раза не удаётся встать. Поворачиваю голову к камину, различая внутри какую-то палку, сунутую в огонь. Кочерга? И что с ней собиралась делать эта сумасшедшая? Господи, а я ещё на свою настоящую мать обижалась, что она меня в пятнадцать лет дома закрыла и не пустила с ночёвкой к подруге. Вот уж, где с родителями не повезло.

Шатаясь, бреду до выхода, и через приоткрытую дверь слышу возвращающиеся шаги. Следует притвориться, что я всё ещё слишком слаба. Еле успеваю вернуться и упасть на кровать, когда вбегает женщина в чёрном, уверяясь, что я всё ещё на месте.

Подходит ближе, окидывая взглядом, и я не двигаюсь, ожидая, что она подойдёт вплотную, и мать делает ещё несколько шагов. Тянется рукой в карман, вытаскивая оттуда небольшой флакон, тот самый, что использовала до этого, и второй рукой снова обхватывает мою шею.

«Ну, теперь ты поняла, кто в доме хозяин», - будто слышу голос Лёни в ушах. Но я больше не Алевтина Корабликова, я другой человек. Который просто обязан стать на свою защиту.

Успеваю вывернуться теперь, когда мы один на один, и нет помощников, готовых прийти ей на помощь. Она валится на кровать, а я собираю последние силы, выхватывая флакон, и проделываю тот же фокус, что она со мной. И через мгновение она перестаёт сопротивляться, а лишь стонет, опоённая каким-то снадобьем.

Оглядываюсь в поисках шарфов, поясов или верёвок, чтобы связать опасного противника. Кто знает, что было уготовано мне. Судя по раскалённой кочерге – ничего хорошего. И решаю использовать хотя бы простыни, до чего не догадалась мать.

- Маорика, я хотела, как лучше, - тихим голосом говорит она, пока я пакую её, как когда-то сына. – Не совершай глупостей.

- А лучше, это как? Убить меня, пока остальные веселятся на первом этаже? Если такая неугодная, отчего же не расторгнете брак? Куда проще разойтись с одной, чтобы жениться на другой! Но нет же, Эйтлержелает усидеть на двух стульях.

Она смотрит на меня изумлённо, будто я сказала что-то странное. А за спиной раздаётся женский голос.

- Он не может, леди Эйтлер. Иначе потеряет всё, что принадлежит вам.

Резко оборачиваюсь, но в комнате никого нет, неужели, у меня уже слуховые галлюцинации? Только, судя по матери, она тоже кого-то слышала, потому что повернула голову, всматриваясь вдаль.

- Мерзкая девка, Кардиус тебе спуску не даст, - обращается то ли ко мне, то ли к кому другому.

Надо убираться отсюда, как можно быстрее. Хорошим дело не закончится. Держу в ладони пузырёк, он может ещё пригодиться, и подхожу к двери, тут же отстраняясь, потому что там кто-то стоит.