Книга Омега для альф, страница 80 – Алисия Небесная

— Скоро будут, — в комнату зашла бабушка, взгляд её был строг. — Ты должна сосредоточиться.

— Им вообще плевать, что я рожаю⁈ — злость ударила горячей волной.

Снова хватаюсь за телефон.

Снова набираю.

Тишина.

Внутри всё горит, боль становится настойчивее, глубже, но я не могу думать ни о чём, кроме одного: они обещали быть рядом. Они клялись. И их нет.

Проходит ещё час. Я больше не могу.

Боль сворачивает тело в тугой узел. Я стискиваю зубы, но это не помогает.

Я хочу спать.

Но тело не даёт мне отдохнуть. Оно требует, чтобы я чувствовала каждый укол, каждую схватку.

— Остался час, раскрытие практически полное. Ложись на кушетку, — голос врача звучит как сквозь пелену.

Едва осознаю, что сажусь. Мир расплывается, сознание мутнеет.

И тут дверь с грохотом распахивается.

Кристиан.

Алекс.

Оба тяжело дышат, пахнут ветром и дорогим парфюмом, но в глазах только одно — паника.

— Чёрт, Клэри… — хрипло выдыхает Кристиан, подлетая ко мне.

Алекс уже рядом, опускается на колени, крепко сжимая мою руку.

— Мы здесь, — шепчет, голос твёрдый, но в глазах страх.

Облегчение взрывается в груди. Они здесь.

— Где вас, чёрти, носили⁈ — рычу, сжимая кулаки.

Кристиан касается моей руки, его тепло прорывается сквозь боль.

— Сейчас не это главное, родная, — голос его тихий, но твёрдый.

— Рожу — вам глотки перекушу! — шиплю, когда новая волна схваток сжимает живот.

Алекс усмехается.

— Какая злая.

— Норма, волчица на эмоциях, — спокойно поясняет врач.

Кристиан вытирает капли пота с моего лба.

— Сосредоточься, Клэри, — голос врача становится настойчивее.

Вцепляюсь в руку Алекса.

— Давай, толкай, Клэри.

Сжимаю зубы.

Первый крик.

Резкий, громкий, наполняющий комнату. Выдыхаю, тело обмякает, но…

— Не расслабляйся, ещё один! — голос врача пронзает сознание.

Кристиан сжимает мою ладонь крепче, его взгляд тёмный, твёрдый.

— Ты справишься.

Алекс убирает влажные пряди с моего лица.

— Ты же боец, правда?

Собираю остатки сил.

— Ещё один толчок!

Закрываю глаза, сдавливаю крик.

И второй крик наполняет комнату.

Громкий. Живой.

Почти теряю сознание, но чувствую — рядом крепкие руки.

Я справилась.

Маркус Роулингс выглядел так, будто уже проиграл. Но, как и любая крыса, загнанная в угол, он цеплялся за последнюю надежду.

Кристиан сидел напротив, пальцы сплетены в замок, выражение холодное и безжалостное. Я же стоял, прислонившись к столу, скрестив руки на груди. В воздухе витал запах дорогого виски и тонкий след сигарного дыма, смешанный с разлитым страхом.

— Ты сделал ошибку, Маркус, — голос Кристиана был ровным, почти ленивым, но я знал этот тон. Так он говорил перед тем, как добивать.

Маркус вытер лоб, не сводя с нас взгляда.

— Это бизнес, — выдавил он. — Вы тоже не святые.

Ухмыльнулся.

— Разница в том, что мы не трогаем своих.

Маркус вздрогнул, но тут же выпрямился, пытаясь сохранить остатки достоинства.

— Хорошо, что ты не вмешался в дела дальше, — Кристиан откинулся на спинку кресла. — Ты хотя бы останешься жив.

— И без бизнеса, — добавил я.

Маркус сглотнул, побелевшими пальцами сжимая бокал.

— Вам этого мало?

— Нам? — посмотрел на брата. — Нам хватит. Но вот она… — опустил взгляд на телефон, на фотографию Клэри. — Думаю, у неё могут быть другие планы.

Он понял.

Кристиан поднялся, подавая мне знак.