Книга Путь к дракону, страница 26 – Маргарита Ардо

— У Тары редкий дар, она феномен, — сказал проректор и, встав, повернулся так, словно хотел отгородить меня от безопасников как минимум краем серой мантии. — Вы знаете, что мы ищем феноменов по всему миру и принимаем вне конкурса.

— Знаем, — покривился рыжий, поправил и без того идеальный манжет рубашки, торчащий из-под военного сюртука. — Тара, где вы сели в машину Калласа?

— Вы и у него можете спросить.

— Отвечайте!

— Она стояла возле центральной базарной площади. Возле блокпоста.

— Кто-то ошивался рядом? — спросил сыщик повзрослее.

Я удивилась.

— Солдаты аландарцы, все в форме.

— А другие?

— Разве кого-то из местных подпускают к автомобилям офицеров? — нахмурилась я, не понимая, к чему они клонят.

— Я не просил вас умничать, я спрашиваю конкретно. Так и отвечайте! — язвительно процедил рыжий.

— Отвечаю конкретно: никого, кроме солдат аландарцев, рядом с машиной не было, — отчеканила я, чувствуя, как зарождается рубиновый кокон в животе.

Орф тотчас шагнул ко мне. Боже, боже! Как они мне надоели!

— Я должен проверить, подойдите, Тара! — мерзко ухмыльнувшись, произнёс рыжий.

Он вытянул ко мне руку, как делают духовидцы, когда лезут в чужие головы. Я поморщилась. Страшно мне не было, хоть ненависть к этим двум ищейкам так и клокотала. Орф увеличился в размерах.

— Тара, это формальность, — успокаивающим тоном проговорил проректор. — Прошу вас.

Поджав губы, я шагнула к вытянутой холённой руке, от неё пахло мужскими духами и молоком. К счастью, касаться он меня не стал, из изнеженной ладони на меня опустилось что-то невидимое, но отлично ощущаемое, как прозрачный колпак. В висках у меня заломило, я зажмурилась.

— О, сколько ненависти! — ухмыльнулся рыжий Воугел, просканировав меня. — Если б она измерялась в граммах тротила, господин Растен, можно было бы легко объяснить, что произошло с порталом.

— А что с ним произошло? — Я открыла глаза.

— Здесь не вы задаёте вопросы, — отрезал усатый.

Проректор кивнул мне, без слов вновь напоминая о необходимости успокоиться.

Рыжий убрал, наконец, свою руку. И колпак исчез, хотя тяжесть в висках осталась.

Мадам Сильван, которую однажды допрашивали аландарцы, разыскивая её мужа, говорила, что после разговора с духовидцем у неё целые сутки голова раскалывалась. Похоже, и меня такое ждёт.

Воугел медленно отёр пальцы платком и посмотрел на меня немного иначе. Считал, видимо, с моей памяти то, что произошло на базарной площади, гад ясновидящий.

— Как, оказывается, у вас всё интересно! — пробормотал он и обернулся к проректору. — Мы её забираем.

— С какой стати? — Растен насупился и стал похож на тучу.

— Она оказала сопротивление патрулю и нарушила закон. Ей место в тюрьме.

Растен скрестил на мощной груди руки.

— Тара Элон уже зачислена в Академию Высших и потому никуда не поедет.

— Поедет ещё как! По таким виселица плачет. Надо повторно проверить и её связи.

— Не стоит обманывать, господин Воугел, я прекрасно знаю методы духовидцев. Вы уже всё считали, и у вас на Тару уже есть целое дело: и связи, и знакомства. И, как я полагаю, ничего особенного, кроме её проявления дара, вы не обнаружили! — парировал Растен. — А даром как раз займёмся мы.

— И с чего бы вам, господин Растенгел, так защищать бунтарку из новых земель? Сочувствуете?