Книга Попаданка, предсказанная дракону, страница 58 – Надежда Фатеева

– Покажи еще, – попросила я тихо, вытирая щеку. – Покажи… наш побег.

Людвиг задумался, его свет погас на секунду, затем вспыхнул с новой силой. Передо мной развернулась целая панорама, размером с книжную страницу. Я увидела ту самую поляну, где я пыталась добыть огонь трением. Было видно, как я, красная от напряжения, тру палочки, а силуэт Лео стоит рядом, скрестив руки, и его световой двойник качает головой. Была даже тень той самой саркастической ухмылки! Потом сцена сменилась: пещера за водопадом, где мы отсиживались после погони. Лео, бледный и уставший, сидит, прислонившись к стене, а я осторожно протягиваю ему воду в сложенных ладонях.

Это было не простоизображение. Людвиг умел передавать эмоции. Я чувствовала холод сырости пещеры, запах влажного камня, острое чувство страха и странной близости, что висело тогда в воздухе. Он показывал не просто картинки, а воспоминания, выхваченные из потока времени и сохраненные в свете.

– Ты все это видел, – прошептала я. – Ты все помнишь, Людвиг!

Светлячок подтвердил, совершив в воздухе что-то вроде поклона, после чего его свет снова изменился. Он стал нежным, голубоватым. И в воздухе возник образ… меня. Той, какой я была до всего этого.

Я сидела в своей маленькой комнате в общежитии, заваленной эскизами и книгами, и что-то яростно чертила на планшете. На лице было сосредоточенное, увлеченное выражение. Катя сидела на кровати рядом и что-то болтала, ее образ был чуть размыт, но узнаваем. Это я дома.

Мой дом. Боль ударила с новой силой, острая и ноющая. Я потянулась к этому световому призраку, но мои пальцы прошли сквозь него, лишь слегка взбудоражив светящиеся частицы. Образ дрогнул и растаял, словно испугавшись моего прикосновения.

Людвиг тут же сменил тему, будто поняв, что причинил боль. Он начал показывать смешные, нелепые сценки: как я спотыкаюсь о корень, как пытаюсь понять, что за фрукт мне дал Лео, как корчу рожицу от его горечи. Он даже изобразил того самого зайжа, забавно подражая его перламутровому образу и позвякиванию при беге...

Я рассмеялась сквозь слезы. Звук моего смеха, непривычно громкий в этой огромной тихой комнате, казалось, оттолкнул давящие стены. Я была не одна. В этом дворце, полном скрытых угроз и холодной магии, у меня был свой, крошечный, светящийся союзник. Он не говорил, но понимал. Он не мог сражаться, но мог напомнить, кто я такая.

– Спасибо, – сказала я ему, когда он, наконец, устало опустился мне на колено, его свечение став ровным и спокойным. – Ты… ты настоящее чудо.

Он мягко пульсировал в ответ. И в этой пульсации было обещание. Обещание напоминать мне о лесе, о друзьях, о той девушке, которая умела решать задачи с помощью рычага и смеха, а не драконьей крови, власти и статуса.

Я посмотрела вокруг на идеальные стены, на холодные кристаллы, на бездушную роскошь. Это место пыталось стереть меня, растворить в своих правилах. Келли пыталась доказать мою неполноценность. Рудгард видел во мне угрозу порядку.

Теперьу меня был секрет, маленький, светящийся секрет, умеющий создавать миры из памяти и света. И пока Людвиг был со мной, я помнила. Помнила запах костра, вкус горького корня, ощущение полета на спине дракона и тепло руки Лео, когда он помогал мне спуститься в ту пещеру. Я помнила, что я – не пустота. Я – Алиса Орлова. Дизайнер, беглянка, подруга тролля и эльфийки. И, возможно, единственная искра надежды для принца, закованного в долг.