Книга Попаданка, предсказанная дракону, страница 91 – Надежда Фатеева

Я не стал ждать её ответа. Я шагнул в лес, в объятия Гибельных земель. Каждый шаг вдаль от дворца, от каменного порядка, от навязанной судьбы ощущался как глоток живого воздуха после долгого удушья.

Я бежал, но не от ответственности. Я бежал к ней. К единственному человеку, который видел во мне не принца или дракона, а просто Лео. К той, чей смех звучал как обещание иного будущего. К моей стае.

Долг, навязанный мне от рождения, остался там, в сияющих залах и пыльных свитках. Теперь у меня был другой долг, данный самому себе и ей. Я должен был найти её, защитить и показать этому миру, что иногда самый верный путь — это не стоять на камне, а идти по земле, даже если это земля гибельная.

Лес сомкнулся за моей спиной, скрывая и дворец, и бледное, злое лицо Келли в лунном свете. Впереди была только тьма, опасность и слабый, но неумолимый зов сердца, тянущий меня вглубь, к ней. Я наконец-то был свободен. И я был готов заплатить за эту свободу любую цену.

Алисия.

Время в Молчаливом Круге текло иначе. Оно не делилось на дни и ночи, а пульсировало тихим, мерцающим светом родника и ритмом моей работы. Деревянная дощечка с узором ритуала почти приросла к моим рукам. Я прорисовывала его копии углем на плоских камнях, разбирала на слои в уме, искала закономерности, как когда-то искала композиционный баланс в дипломном проекте. Только теперь ставкой была не оценка, а жизнь Лео.

Элора приносила мне отрывки из старых свитков, легенды, пересказанные шепотом. Грумб, к моему удивлению, оказался кладезем практических знаний о «повадках» магии земли, о том, как она течёт, где застаивается, что её «раздражает». Людвиг, сияя над схемами, иногда подсвечивал отдельные линии, будто чувствовал в них что-то важное. Мы были странным научно-исследовательским институтом, работающим в сердце волшебного леса.

И работа продвигалась. Сквозь мистический туман проступала чёткая, пугающая логика. Ритуал Фарреллов был не просто жертвоприношением. Это был механизм передачи власти, но с ужасной платой. Он требовал от наследника не просто смерти, а… растворения. Полного слияния его жизненной силы, его драконьей сути, с некой древней матрицей, охраняющей Империю. Лео должен был стать не мёртвым героем, а вечным топливом. Батарейкой в системе обороны. Это было гораздо изощреннее и чудовищнее, чем я могла предположить.

Именно это осознание гнало меня вперёд. Страх за него переплавлялся в холодную, яростную решимость. Я не позволю этому случиться, и я найду в этой схеме баг, лазейку, заднюю дверь и если этот ритуал — программа, то её можно взломать, а если это уравнение — его можно решить иначе.

Я так углубилась в расчёты, пытаясь понять, можно ли подменить «жизненную силу» на какой-то иной, внешний источник энергии, что не сразу заметила тревогу, витавшую в воздухе. Грумб, обычно мирно сопевший у очага, вдруг насторожился, как старый сторожевой пёс. Элора, перебирающая травы у стола, замерла, её тонкие пальцы сжали стебель полыни. — Что-то не так? — прошептала я, отрываясь от камня, испещрённого формулами. — Кто-то нарушил периметр тишины, — так же тихо ответила эльфийка. Её глаза, казалось, смотрели сквозь стены хижины. — Он один, идёт напрямик и не скрывается.