Книга С чистого листа. Ведьма общей практики, страница 163 – Елена Филимонова

— Прекратить! — рявкнул судья. — Не то все за решеткой окажетесь.

Потасовка закончилась, не успев толком начаться.

Барт увел сопротивляющуюся Арин. Из окна я видела, как он подхватил ее и сунул в экипаж. Забрался следом, обвел площадь недовольным взглядом и захлопнул дверцу.

— Мистер Клифтон — ее единственный родственник и опекун, — вздохнул градоначальник, когда посмотрел на мое лицо. — Закон на его стороне, иса Эгелина.

* * *

Домой мы вернулись затемно. С того момента как я покинула коттедж прошло чуть больше суток, но по ощущениям минуло не меньше недели — столько всего случилось. Арест, неудачная экстрадиция в Анкорет, побег, визит в поместье эль Фэнтон, встреча с графиней, затем с настоящей Эгелиной… Возвращение в город, допросы, протоколы, бумаги…

— Отдохни, а я приготовлю тебе ванну. — Томас усадил меня на диван. — И поешь что-нибудь.

Подкрепиться мне бы и вправду не помешало, но есть я не хотела.

— Захочешь. — Он выставил передо мной тарелку с сыром, помидорами и ветчиной. Затем принялся нарезать хлеб. — Аппетит приходит во время еды. — Томас сел рядом. — Тебе надо восстановить силы.

Я понимала, что он прав. Мои ресурсы: как физические, так и энергетические близились к нулю.

В конце концов, я всеже заставила себя проглотить несколько кусочков.

— Ну, это уже кое-что, — сказал Томас, когда вернулся.

На тарелке оставалась примерно треть.

— Ванна готова.

Я встала из-за стола, но тотчас пошатнулась — голова пошла кругом. Ноги отказывались слушаться, в ушах стоял противный звон. Налицо были все признаки энергетического истощения.

— Ничего страшного, — крепкие руки Томаса подхватили меня прежде, чем я упала. — Это пройдет.

— Угу, — вяло кивнула я.

Конечно, пройдет. Надо лишь пережить несколько отвратительных часов.

…На практике эти часы оказались не такими уж отвратительными. Томас отнес меня в баню, забавно стеснялся, пока помогал мне снять одежду и деликатно отвернулся, пока я, шатаясь, забиралась в наполненную водой кадушку.

— Постарайся не вырубиться, — хмыкнул он, натирая мне спину мочалкой.

Я не могла видеть его лица, но севшему голосу понимала, что происходящее смущало и одновременно заводило его.

— А чего мне бояться? Ты же не сделаешь ничего, что скомпрометирует мою честь? — я обернулась через плечо.

— А ты, небось, только об этом и мечтаешь, — ответил он в том же духе, но его рука, натирающая мою спину, остановилась. — Зачем полезла в самое пекло?

Я уже собралась отшутиться, но, столкнувшись с ним взглядом, поняла: сейчас не место и не время. Томас не злился: он был напуган.

— В чем-то ты прав, — согласилась я. — Это было необдуманно. Но я… я не хотела чтобы из-за меня пострадал кто-то еще. Тем более, тот… — в горле пересохло. Я закашлялась. — Кто мне дорог.

Его лицо немного смягчилось.

— А ты не подумала, о том, что то же самое чувствовал я?

— Ну, знаешь, тогда не до размышлений было.

Томас бросил мочалку в воду и устало потер лоб.

— Я испугался, Лина. Я очень испугался. Сама мысль о том, чтобы потерять тебя — невыносима.

Повисла тишина. Я притворилась, что разглядываю свои торчащие из воды колени, а Томас, постукивая пальцами по бортику кадушки, смотрел в окно.

— Это ты мне сейчас так в любви признался?

— Да, — ответил он просто и повернулся ко мне. — Но, если хочешь прямолинейности, скажу, как есть: я люблю тебя.