Книга С чистого листа. Ведьма общей практики, страница 164 – Елена Филимонова

… В иных обстоятельствах этот вечер плавно (или не очень) перетек бы в страстную ночь любви, но после всего, что случилось, моих сил хватило лишь на то, чтобы дотащитьтело до кровати.

Томас устроился рядом, обнял меня со спины. Не открывая глаз, я улыбнулась, когда почувствовала легкое прикосновение губ к затылку.

— Мне кажется, я готов проспать тысячу лет, — сонно пробормотал он и покрепче прижал меня к себе.

— Ты особо не обольщайся, — точно так же пробормотала я в ответ. — Завтра у нас свидание с судьей.

Томас заворочался, устраиваясь поудобнее.

— Ах, да… а я уж и забыл про твою безумную авантюру.

— Которую, между прочим, сам поддержал — напомнила я.

Он зевнул.

— Можно подумать, у меня был выбор.

Я улыбнулась. Выбор есть у всех и всегда.

— Спасибо тебе.

— Вы молодец, иса, — градоначальник тепло улыбнулся и похлопал меня по руке. — Хорошо держитесь.

— Стараюсь. — Я улыбнулась в ответ.

Страшно не было. Уже нет. Последние две недели выдались такими насыщенными, что на тревоги и сомнения времени не оставалось. Две поездки в Анкорет, квест со сбором кипы бумаг, консультация стряпчего, стоившая мне десяти серебряных, несколько визитов к мэру и долгие разговоры с Соренной — убедить ее помочь труда не составило, но пожилая дама боялась и не без оснований. И все же она заняла нашу сторону.

Зал постепенно наполнялся. Новость о грядущем слушании разлетелась по городку, и, само собой, привлекла немало желающих лично узреть противостояние между мной и Бартом Клифтоном.

Я приняла решение в тот день, когда он забрал рыдающую Арин. Затея казалась безумной, но я не простила бы себя, если бы оставила девочку в его жадных лапах. Единственным способом отстоять ее интересы был иск против Клифтона. В случае, когда опекун не выполнял обязательства или злоупотреблял полномочиями, закон давал право лишить его опекунства.

Но для этого требовались неоспоримые доказательства. Тут-то и пригодились свидетельства исы дор Хоуп: как экономка, она имела доступ к бумагам, хранящимся в доме Клифтона. Счетам, закладным, распискам и прочему, что могло бы подтвердить нецелевое расходование средств.

ТРЕМЯ НЕДЕЛЯМИ РАНЕЕ…

— Я пойму, если вы откажетесь, — сказала я, когда впервые обратилась к ней за помощью.

Если дело будет проиграно (а такой шанс велик), Соренна потеряет не только работу, но и возможность устроиться на новое место: уж кто-кто, а Барт бы об этом позаботился.

— Я согласна, — тихо ответила она. — Только скажите, что нужно сделать.

В приходно-расходной книге, само собой, не было записей о регулярных счетах из «веселого дома», куда так любил наведываться Барт, но там значились покупки предметов роскоши и чеки из ателье и винных лавок. Барт закупал дорогие ткани, каждые три месяца обновлял гардероб и оставлял немалые суммы в ресторанах Анкорета.

Банк отказался выдать информацию о состоянии сберегательного счета Арин, ссылаясь на то, что эти сведения конфиденциальны, а я не являюсь ее родственницей, и соответственно, не имею права их получить.

Тогда в дело вмешался судья. Он не хотелидти на конфликт с Бартом, но, после того, как мы с Томасом подали иск, выбора у него не осталось. В конце концов, Арин похитили прямо из дома, иными словами — дядя не обеспечил ей должной защиты, и это обстоятельство нельзя было игнорировать.