Книга Найди меня, держи в своих руках – не отпускай, страница 205 – Ольга Токарева

Первая любовь обжигает душу и заставляет стучать сердце при виде сияющих глаз любимого так сильно, что кажется, его стук слышат все жители Пустынного государства. Нарим не заходит за рамки дозволенного. Дарит мне украшения, шелка, наряды. Часто, лежа на мягких атласных покрывалах в беседке дворцового парка, мы беседуем допоздна, обсуждаем прочитанную мною книгу, а потом вместе возвращаемся в покои. В очередной раз поцеловав меня на прощанье, принц подхватывает прядь моих волос, пропускает сквозь пальцы и смотрит тоскливым влюбленным взглядом.

— Так не хочется с тобой расставаться.

— Ты уезжаешь⁈

Нарим тяжко вздохнул.

— Отец отправляет с дипломатической миссией в соседнее государство.

— Надолго?

Мое сердце уже ноет в тоске расставания.

— Примерно на неделю, точно не скажу.

— Ябуду ждать. — Прильнув, кладу голову ему на грудь, слушая учащенные удары его сердца и тоскуя из-за предстоящей разлуки.

Никогда еще в моей жизни время не тянулось так долго. Забросив чтение, сижу в облюбованной беседке, вспоминая наши разговоры, его горячие губы и их нежное прикосновение.

Там он и находит меня спящей. Прилегши рядом, дотрагивается до моих губ и сминает их, стонет от наслаждения. Чувства захлестывают меня, радость сменяется трепетом и волнением в теле, волной желания близости. И я отдаюсь во власть его рук, раздевающих меня с таким восхищением и обожанием. Шепот слов любви разливается бурлящим счастьем в моей груди, и я тону в этом омуте, шепчу в ответ, что люблю, и растворяюсь в нем, потому что впервые люблю.

Два месяца мы купаемся в любви друг друга. Два месяца мы не можем оторваться друг от друга. Два месяца мы дарим друг другу ласку и слова признания любви.

В один из дней Нарим приходит хмурый; голубизна его глаз исчезла, уступив место сырой дымке. Прижав меня к себе, он зарывается лицом в копну моих волос.

— Виттория, мне нужно уехать из дворца.

Я высвобождаюсь из объятий, прохожусь рукой по его иссиня-черным волосам, улыбаюсь, стараясь не показывать свою грусть.

— Надеюсь, ты ненадолго?

— Примерно на месяц. И еще… Виттория, я не могу так надолго оставить тебя одну в своих покоях. Понимаешь, по дворцу пошли слухи, и мой старший брат заинтересовался: кого я прячу от всех? А он у меня из тех, кто берет все, что ему понравилось. Я боюсь за тебя. Единственное место, где ты будешь в безопасности, — это мой гарем. Туда ему доступа нет. Ты не подумай! Ты давно одна в моем сердце, и ни к одной из них я не прикасался с тех пор, как высвободил тебя из оков песка. Дождешься меня?

— Дождусь, — шепчу я и припадаю к его губам. Сердце жжет огнем от предстоящей разлуки. Мы отдаемся друг другу так, словно прощаемся навсегда.

Проснувшись утром, я обнаруживаю, что лежу на еще не остывшем от нашей страстной ночи ложе одна. Встав с кровати, иду в купальню, следом за мной входят рабыни и приступают к своим обязанностям.

Надев на меня платье, прячут мои рыжие волосы под белым платком.

— Принц Нарим велел.

В душе мгновенно возникает протест, но, вздохнув, подчиняюсь, уговаривая себя, что нужно потерпеть всего лишь месяц.

Выйдя из покоев, зависаю ненадолго и, задрав голову, рассматриваю высокого атлетически сложенного смуглого молодого человека. Он низко кланяется.

— Его высочество приказал проводить вас в гарем.