Книга Наследница поместья «Соколиная башня», страница 128 – Александра Воронцова

Не удержавшись, я впилась ногтями в широкие плечи, дрожащие от напряжения, и Райан наконец меня пощадил.

Сноп белых искр под веками и ощущение свободного падения. Во мне распускался бутон, даря освобождение. И ровно в этот миг тесное вторжение, мой вскрик, крепкие объятья и единение.

И вместе с каждым глубоким движением Бладсворда, я чувствовала, как медальон раскаляется, отвлекая меня от боли.

— Энн Райан Чествик, — непонятно выдохнул мне в ухо владетель, все увереннее покоряя мое тело. — Делюсь с тобой огнем в сердце.

И отпечатавшиеся на мне символы,которыми он был исписан, вспыхнули серебристым светом.

Я снова парила над парой на ложе.

Видела, как сияние, исходящее от женского тела, обнимало мужское. Струилось по рельефным плечам, стекало по спине, на которой блестели бисеринки пота. Видела, как тонкие белые пальцы впивались в смуглые плечи и зарывались в длинные темные волосы на затылке.

Я все чувствовала. И болезненное наслаждение, и потребность двигаться в унисон, и обжигающий огонь, несущийся по венам. И вместе с тем, картина, представшая моим глазам, сильнее распаляла своей откровенностью и естественностью.

Сплетенные тела и вздохи. Трепетный свет свечей.

Древний, как сам этот мир, танец двоих.

Две тени взметнулись ввысь, скользя по стенам грота. Две птичьих тени. Одна крупнее, она преследовала ту, что поизящнее. И вот погоня окончена. Ударившись друг о друга, они обе камнем упали вниз, растворяясь в мужчине и женщине.

В тот же миг, у Райана развернулись огромные крылья, сотканные из дыма и тени, с опереньем, вспыхивающим подобно тлеющими углями. Мой стон смешался со стоном Райана. Сладкая долгожданная судорога пронзила меня, и я снова ослепла, вернулась в свое тело.

Эйфория медленно отступала, уступая место стыду и неловкости.

Я слушала замедляющий стук наших сердец, и радовалась повязке, ибо не готова была посмотреть в глаза Бладсворда.

Напрасно. Райану всегда нравилось меня смущать.

Это меня не слушались руки и ноги, а владетель, стиснув меня в объятьях, перекатился на спину на широком ложе. Первым делом, он стянул с меня повязку и маску, и я тут же спрятала лицо у него на груди.

— Эй, — ласково позвал Райан. — Ты как, Энни?

Что в таких случаях велит говорить этикет?

— Я умираю от стыда, — призналась я шепотом, как никогда остро ощущая собственную наготу.

— Не преувеличивай, — хмыкнул Бладсворд. — Вот видишь, все было не так страшно.

— Я вовсе в этом не уверена… — пробормотала я в разгоряченную кожу, пахнущую травами и дымом.

— Еще скажи, что тебе не понравилось, — в голосе Райана послышалась улыбка, возмутившая меня.

— Ни чуть.

Бладсворд подо мной затрясся от смеха.

— Энни, если бы тебе не понравилось, ритуал бы не сработал, — шокировал меня он.

— А он сработал? — я нашла в себе силы посмотреть в глаза Райану.

— Да, — он ласково убрал волосы от моеголица. — Сработал.

— То есть, теперь у меня есть эта самая защита? — я облизнула губы.

— Есть, но ей нужно пару дней, чтобы войти в силу. Так что пока геройствовать не стоит, Энни. Завтра я тебе расскажу, как это работает, и мы потренируемся.

Подушечкой большого пальца Райан провел по моей нижней губе, чем опять смутил меня. В его глазах слишком ярко горел огонь, говоривший, что большой зверь еще не насытился.