Книга Леди для короля. Оборотная сторона короны, страница 79 – Александра Воронцова

«Можешь злиться на меня сколько угодно», – такими словами начиналось послание.

Стремительный почерк с уверенным нажимом оживлял в воображении низкий, чуть рокочущий голос Эдуарда. Письмо, несомненно, было от него.

«Меня вполне устраивает твоя злость, потому что она заставляет тебя думать обо мне. И в этом есть справедливость. Очень скоро и тебя захватит тот же огонь, что и меня, пламя которого разгорелось только жарче, когда я попробовал тебя на вкус…».

Щеки мои заалели, листок, затрепетав, чуть не выскользнул из моих ослабевших разом пальцев. Сделалось жарко. Я почувствовала острую нехватку веера под рукой. Мне захотелось обмахнуться, остудить горящее лицо и спрятать его ото всех.

Писать фривольные романы, про то, как «отвердевшее естество пронзило…», оказалось менее волнительным, чем читать куда более сдержанные строки.

Его величество – изрядный наглец!

Так откровенно непристойно писать леди!

Только слепая идиотка не заметила бы в этих словах мужского желания.

Даже мой крайне скудный опыт на любовном фронте подсказывал, что это послание чересчур смелое и… самоуверенное!

И вот теперь я совершенно точно разозлилась.

Эдуард был уверен, что взаимность ему обеспечена. Это уж слишком!

Всплеск возмущения прогнал трепет и смущение, но я, не выдержав, подошла к окну и отворила его, подставляя лицо осенней прохладе. Воздух был словно пропитан ароматами осени – прелой листвы, влажного мха и земли.

Прислонившись к стене, я продолжила читать:

«Да, это откровенная ссылка, но, увы, кратковременная. Обстоятельства сложились так, что теперь я не могу удалить тебя от двора. Однако ты вернешься, и я требую, нет, приказываю: не нужно собой рисковать и совать нос, куда не следует. Не зли меня, иначе тебя ждет вассальная клятва. И это не пустые угрозы. Ты меня знаешь.

Аддингтон-холл скрывает в себе много секретов. Тебе там понравится. В библиотеке дворца стоит обратить внимание на…»

Дальше шло уверенное указание на секции, полки и тома для изучения. В некоторых случаях Эдуард описал даже цвет корешков, что говорило о том, что с содержаниембиблиотеки его величество знаком великолепно.

Отчего же ему просто было не рассказать мне то, что нужно. Зачем заставлять меня перерывать пыльные фолианты?

Слова отца о том, что король, обладающий множеством знаний, темнит, находили подтверждение. И я не могла перестать злиться на Эдуарда. Не могла перестать думать о нем. Он все великолепно рассчитал. Я только не знаю, куда меня ведут, как лошадь в шорах.

О да! Его величество – непревзойденный манипулятор. Я на себе ощутила его мастерство.

Восхищение, гнев и тоска сплелись в клубок в моей душе.

«Великолепный интриган», – называл его папа. – «Даже я не постигаю всего масштаба его замысла. Многоходовка самого высокого уровня».

Подобная высокая оценка от бывшего главы Тайной канцелярии говорила о многом.

Нарушая мое уединение в распахнувшиеся двери стремительно вошёл отец. На нем все еще был дорожный костюм. Вероятно, устраивая в конюшне своего прибывшего с нашим кортежем любимца и мою Малышку, он еще не был в отведенных ему покоях.

– Амелия, ты в порядке? – разнесся его раскатистый голос по покоям, заставляя Клару выглянуть из спальни.

Лицо отца было мрачным, цепким взглядом он осматривал гостиную в поисках возможной угрозы.