Книга Хозяйка забытой усадьбы, страница 176 – Александра Воронцова

Именно рукой, одетой в перчатку, Грегори попросту отбил мои атаки. Шары отлетели и разбились огненными каскадами о стены, разбрызгивая искры и поджигая портьеры и ковер.

Отбить-отбил, но задержался, чтобы восстановить свою защиту, осознав, что так простоя я ему не дамся. Пока Дантесоль замешкался, я, пошатнувшись, поднялась и, сжав клинок, попятилась, прикидывая, что еще я могу сделать, чтобы вывести Грегори из строя.

– Видишь, Манон? Тебе нечего мне противопоставить. Не упрямься, я сделаю так, что тебя все устроит… – издевательски успокаивал меня он.

Что? Меня устроит? Да не в этой жизни!

И вдруг с услышала в голове мягкий ненавязчивый голос. Он шептал: «Доверь все ему, он опытный, хитрый, он даст тебе положение. Зачем тебе проблемы? Зачем самой возиться со всем эти? Грегори красив и богат, ты его любишь…»

Положение? Красив? Люблю?

Я остолбенела от неожиданности. А Дантесоль приближался, и чем ближе он подходил, тем громче становился голос, путающий мысли.

Так он менталист…

«Мы – рейне! На нас такое не действует», – всплыло в голове.

Проклятье! Я уже уперлась спиной в комод. Рядом полыхала портьера, занимаясь все сильнее и обдавая меня жаром, а я все еще не понимала, как атаковать так, чтобы Грегори пропустил удар. На удачную мысль меня натолкнуло кольцо, которое в буквальном смысле слова сходило с ума.

Все вокруг для меня замедлилось. Я сосредоточилась на каждом жестеДантесоля, на каждом мимическом движении и, не подавая вида, что ментальная магия на меня не подействовала, подпустила Дантесоля на расстояние вытянутой руки.

Давай же. Откройся.

Я стояла с безропотным видом, словно он меня сломал, но…

Стоило Грегори потянуться к кинжалу, как я прижала ладонь с кольцом к его груди точно напротив сердца.

И вспоминая, что по его милости пришлось пережить, я гнала через обручальное кольцо всю свою ненависть, пропуская через него молнии.

Зарычав сквозь стиснутые зубы, Дантесоль попытался схватить меня за горло.

Но уроки Рина снова не пропали даром.

Я перехватила контроль над рукой Грегори, и мне удалось заставить его сжать полыхающую портьеру, магически усиленный огонь почти сразу перекинулся на его рукав, заставив закричать не своим голосом. И только тогда я отняла от его груди ладонь, на месте которой остался страшный ожог.

Я уже решилась вонзить лезвие в Дантесоля, когда услышала, что в покои, полные дыма, ввалился кто-то еще…

Кальдерра.

Капитан выглядел изрядно потрепанным, а рукав его был разорван и обагрен кровью. Он не сразу меня заметил, все шарил глазами по углам в поисках засады. Видимо, Кальдерра прибежал на крик Дантесоля, которого мне все еще удавалось заставлять не выпускать горящую портьеру.

Однако давалось мне это крайне непросто. Одно дело вынудить кого-то ухватиться за горячее, когда он этого не ожидает. И совсем другое, насильно пытать человека, который сопротивляется. Мне и самой, несмотря на всю испытываемую к Грегори ненависть, было сложно смириться с тем, что запах паленой плоти – моих рук дело.

Прошло всего несколько секунд, а я уже готова была дрогнуть, но сделать этого мне не позволило понимание, что их двое, и для меня теперь это слишком, а если капитан позовет подмогу, то я не выстою.