Книга Арон. Бывший для истинной, страница 139 – Ника Горская

— Умница. — она слишком пристально смотрит на меня.

Создаётся впечатление что заглядывает куда-то дальше, чем это вообще возможно.

— Многим не по нраву сила такого масштаба.

О чём она говорит?

Какая сила?

— Ребёнок, рожденный в истинном союзе. От могущественного дракона и сильной ведьмы. — она смеётся словно сумасшедшая. — А я ведь думала, что лишь дитя короля будет диковинкой для этого мира.

— Я не понимаю вас. — шепчу ей.

— Слушай меня внимательно, ведьма. И запоминай.

Ужасно напрягаюсь от этих слов.

— Шанс выжить в этом мире у твоего ребёнка мал. — сердце сжимается так сильно будто его кто-то сдавливает с неимоверной силой. — Но он есть.

Сурина замолкает, а у меня от страха за малыша речь отняло, нет сил попросить её продолжать.

Но она, немного помолчав делает это сама.

— Я наложу на тебя скрывающее заклятие. Ты станешь для любой магии невидимкой. Как и твой сын. — она всем корпусом склоняется надо мной. — Но, огненная девочка, ты никому в этом мире не должна доверять. Поняла меня? Повтори за мной! Никому!

— Никому. — голос дрожит, полностью выдавая моё состояние.

— С этой минуты для тех, кто знал о ребёнке — ты его потеряла.

— Но…

— Суеверия это всего лишь суеверия. А вот реальность в разыопаснее.

Эта старуха видит меня насквозь. Я не успеваю спросить, а она уже даёт ответ на неозвученный вопрос.

— Твой дракон тоже не должен знать, что его ребёнок жив.

— Над этим я не властна. — имею ввиду их способность видеть своё потомство ещё в утробе матери.

— За это не беспокойся. Я же сказала, что скрою тебя ото всех. И от него в том числе.

На языке так и вертится вопрос о том почему Арон не должен знать правду, но ничего не спрашиваю, потому что я в любом случае не собираюсь с ним больше контактировать.

И тут лавиной накрывает последнее воспоминание…

— Каким бы не было сильным ваше скрывающее заклятие, но надолго его всё равно не хватит. У меня есть всего несколько месяцев до того, как станет виден живот.

— Если всё пойдёт как надо, то к тому времени ты уйдёшь отсюда.

В душе расцветает надежда…

— А в моём мире? Там тоже малышу будет грозить опасность?

— В своём мире у тебя есть твоя вторая половина, с которой вы образуете то, что наводит ужас даже на древний ковен.

Задерживаю дыхание боясь предположить…

— Спрашивай. — улыбаясь говорит старуха.

Шумно сглатываю и задаю очень важный для себя вопрос.

— Вторая половина это Аделаида? Моя сестра?

— Да.

— Она жива…

— Живее всех живых.

Всё тело начинает неконтролируемо дрожать от переизбытка самых разных эмоций, испытанных за такое короткое время.

— Она единственная кому ты можешь доверять.

Всё это более чем странно…

Я не понимаю ровным счётом ничего, но раз Сурина не поясняет свои слова то и спрашивать не имеет смысла, уверена в этом.

— Почему у меня не получилось вернуться в свой мир?

— Так нужно было.

Больше она ничего не говорит, встаёт с кровати и причитая о нелёгкой старушечьей жизни, направляется к выходу из комнаты.

И уже стоя в дверях обернувшись говорит:

— Пойдёшь работать в дом к нашему правителю. Там онточно не станет тебя искать, да и до простой прислуги как правило никому дела нет. Таким образом выиграешь нужное тебе время. А сейчас спи, позже принесу тебе поесть.

Не дожидаясь от меня хоть какой-то реакции на свои слова, старуха уходит.