Книга Вернуть истинную. Наследник для волка, страница 46 – Елена Белильщикова

«Если вы так друг друга ненавидите, — захотелось заорать мне на обоих, — так просто исчезните из жизней друг друга! Постарайтесь не пересекаться лишний раз! Притворяйтесь чужими при случайных встречах! Зачем вам так важно причинять друг другу боль, щелкать друг друга по носу? Почему ради этого вы готовы на все, даже разбить чье-то сердце?»

Впрочем, я знала, чувствовала сердцем, что ни один из них не мог бы притвориться, что брат для него — это пустое место. Артур мечтал вернуть Марка в семью, с радостью жил бы с ним и матерью снова в одном доме. Вот только младшему брату отводилась четкая ступенька в иерархии. Ниже старшего, вожака. О, Артур был как раз из тех оборотней, которых я ненавидела, увязжих в самолюбовании своими успехами, как в густом меду. А Марк так же одержимо желал доказать Артуру, чего он стоит. Отыграться за прежние ссоры, отомстить за обиды прошлого. Яне знала их отца, но украдкой вздохнула. Он явно ушел из жизни слишком рано. Так и не успел примирить своих сыновей.

Мне вспомнился свой недавний кошмар. В нем Марк и Артур стояли на тонком льду, но при этом отчаянно дрались. И как бы я ни кричала им быть осторожными, они не слышали, не видели, не замечали ничего вокруг, а до меня доносился треск тоненькой корочки под их ногами.

Я встряхнула волосами. В душу закралось нехорошее предчувствие. Затрепетало мохнатым мотыльком где-то между ключицами.

«Так, хватит, — строго сказала себе я. — Сама себя разволновала этими мыслями! Сон и сон, нечего зацикливаться на всякой ерунде! О чем мне стоит волноваться, так это о том, чтобы успеть вернуться и выбросить букет от Артура до того, как вернется Марк!»

* * *

Артур приехал домой к матери. Она сидела в гостиной, листая какой-то глянец. Вокруг нее суетилась похожая на колибри девушка, маленькая и суетливая, занимаясь ее маникюром.

— Как хорошо, что ты приехал, Артур! — тепло улыбнулась ему мать. — Мы уже почти закончили.

— Да не спешите, — размашистый взмах крепкой руки, взгляд куда-то в сторону. — У меня время есть. Скажи, а альбомы… они еще в моей комнате?

— Альбомы? — мать свела брови в замешательстве, а потом закивала. — Да, да, конечно. Куда они денутся? Я сказала Свете ничего там не менять и не трогать, только убирать.

Артур кивнул. Он пошел к двери, лопатками чувствуя тревожный взгляд. Наверняка потом пойдут расспросы, что случилось, что это за хандра. Помнится, после смерти отца мать предлагала сходить к психологу. Проработать потерю или как там? Артур фыркнул себе под нос, качая головой, будто ему в волчьем облике снег на макушку свалился. Тогда сказал, что в порядке. И сейчас то же самое ответил бы. Вопрос в том, насколько это правда.

Артур зашел в свою старую комнату, плотно закрыв дверь. Теперь здесь пахло лавандовым ополаскивателем, а не чипсами, которыми часто хрустел Марк на верхней полке двухэтажной кровати. «Ничего не боюсь я высоты!» — огрызался он тем самым тоном, которым начал отвечать Артуру ровно с тех пор, как научился говорить.

На стенах все еще висели постеры рок-групп — из тех, что слушают уже из ностальгии, чтобы показать себя ценителем, но никогда не крутят по радио. Кресло-мешок валялось в углу, будто Марк вот-вотзавалится туда с джойстиком в руках, а Артур будет швырять в него с кровати подушкой, пытаясь хоть как-то сделать уроки на завтра.