Книга Ведьмы кениграйха, страница 58 – Анна Ланг

В тусклом оловянном зеркале Лили не узнала свое отражение, на нее смотрела юная, уверенная в себе красавица, а скромный старомодный наряд цвета пепельной розы подчеркивал достоинства ее фигуры.

И пусть Лили давно продала украшения, которые на ней были тогда, продала ридикюль, и у нее не было косметики, лучшим украшением девушке служила ее красота. Распущенная медная копна, горящие предвкушением изумрудные глаза, спелые, будто вишня, губы — в зеркале улыбалась изысканной красоты девушка.

Девушка вспомнила, как Эрнеста заставляла ее носить на голове кипы книг, чтобы добиться прямой осанки, враз выпрямилась и грациозно спустилась по лестнице.

— Признайся, моя девочка, ты сбежавшая принцесса? — задала вопрос Сильвия, увидев изящную спускающуюся по лестнице Лили.

— Почти, — улыбнулась девушка, и присела в грациозном реверансе.

— Я не похожа на крестную фею, моя дорогая, но сегодня я вызвала тебе один из этих наемных автомобилей, принцесса должна прибывать соответствующим образом. Внучка баронессы Таттенбах просто не может ударить в грязь лицом. А эти автомобили, они ужасно ревут и слишком быстро носятся, — все бормотала Сильвия.

Лили обняла пожилую женщину, и отправилась навстречу своей судьбе.

У входа в Гранд — отель, где проходил прием, Лили показала приглашение важному дворецкому, снисходительно улыбнулась, так, как когда — то учила Эрнеста. Девушка поморщилась от звуков новомодного джаза, сегодняшний музыкант играл слишком резко, а актрисы, которые изображали пантомиму за полотном, никак не могли попасть в такт. Девушка взяла с серебряного подноса официанта бокал шампанского и растворилась в толпе.

Лили оглядывала толпу, надеясь встретить мужчину, который сможет растопить ее сердце и стать отцом ее дочки. Внезапно кто — то больно толкнул девушку в спину, Лили обернулась — на нее надменно смотрела молодая элегантная женщина, неуловимо напоминающая… Каролину. Только эта юная версия Каролины отличалась какой — то надменностью.

— Милочка, глаза разуйте!

— Фи, как невежливо! Кенигсфройляйн фон Изенберг?

— Мы разве знакомы? Может, встречались в модных салонах? На коктейльных вечеринках в Эспланаде? Я Вас не знаю, хотя, судя по вашему простецкому наряду, наверняка вы из тех, кто толпится у входа, ожидая, что кто — нибудь над вами сжалится и допустит к сильным мира сего. В этот раз Вам повезло, верно?

— Я имела честь быть знакомой с Вашей матушкой, фройляйн. Каролина фон Изенберг, знаменитая светская львица, за которой ухаживал сам русский князь…

— Быть того не может, матушка скончалась в начале войны! Так папенька сказал!

— Со светской львицы внезапно слетели весь лоск и надменность.

— Умоляю Вас, скажите, где она?

— Ваша матушка влачит жалкое существование в заброшенной трехсотлетней церкви в городишке Вайсенбах, питается протухшими просвирами, запивая их колодезной водой. Так удобно верить в смерть близкого человека! Главное, во время отпраздновать Новый год, слушать модный джаз и поедать тарталетки с черной икрой!

Лили видела, как ее собеседница изменилась в лице и выбежала из залы. Девушка от всей души пожелала ей найти Каролину, и понадеялась, что старая женщина хотя бы в конце жизни найдет немного покоя.

Лили почувствовала на себе чей — то взгляд. Внимательный, изучающий.