Книга Секрет княжны Романовской, страница 42 – Глория Эймс

И вместе с тем меня окутывало невероятно приятное ощущение просто оттого, что сейчас он был рядом, дышал одним воздухом со мной и смотрел на меня украдкой, когда думал, что я не вижу.

Закусив губу, я обернулась взглянуть на моего спутника и тотчас ощутила легкую дрожь, пронзающую тело. Как может одно лишь его присутствие вызывать столь сильное волнение?

А следом закралась шальнаямысль: что будет, если прямо сейчас рассказать ему правду о себе?..

И вправду, если он узнает, что я вовсе не княжна Александра Романовская, а просто научный сотрудник из другого мира и эпохи, наверняка ведь пересмотрит свои взгляды на запрет, который сам же и создал.

Мне безумно хотелось снова вести с ним утонченные остроумные беседы, ловить его горячие взгляды, танцевать, ощущая разгорающееся между нами пламя… Зачем он лишает этого нас обоих?!

Но голос рассудка тотчас пресек все мои фантазии.

Крайне опасно сейчас выдавать себя даже ему. Никто не предугадает, какие будут последствия. И мое положение в этом мире пока что столь непрочно, что лучше воздержаться от необдуманных шагов.

Быстро взвесив все за и против, я снова обернулась, с тоской глядя на своего спутника. Он выглядел отстраненным и холодным. Ну что же, сам себя наказал. Нет, я не скажу ему сейчас ничего. И возможно, никогда не признаюсь… А жаль. Очень жаль.

Тяжелый шлейф платья оттягивал локоть, да и в целом я ощущала себя полностью вымотанной и скачкой, и переживаниями. Стараясь держать спину прямо и идти легкой непринужденной походкой, я спустилась по извилистой тропке на дорогу, где уже вовсю шли приготовления к возвращению в усадьбу.

Государю помогали сесть в повозку (видимо, нашли в деревне неподалеку). Несмотря на замотанное плечо, он выглядел довольно бодро, и цвет лица был вполне живой.

— Вот и вы! — по обыкновение просто, без лишних церемоний обратился император к нам со Штерном. — Отлично, садитесь со мной.

— Илларион Андреевич, мы обсудили и решили, что только маг вашего уровня сможет создать постоянную защиту государя, — обеспокоенно сказал папенька. — А пока не придумаем что-нибудь получше, вам придется денно и нощно находиться при государе. Николай будет помогать формировать защитный кокон по мере необходимости.

Штерн, словно только того и ждал, сразу сел в повозку рядом с государем. Николай же обеспокоенно взглянул на меня:

— Что-то случилось?

— Лошадь понесла, меня спас Илларион Андреевич, — объяснила я легким тоном, словно произошла забавная нелепица, о которой и упоминать-то не нужно. Натянув улыбку, изящно махнула рукой в сторону Штерна, призывая в свидетели. Тот сдержанно кивнул.

— Да, выстрелы встревожили животных, — присоединился папенька к разговору. — Шурочка, на тебе лицанет! Сильно испугалась?

— Поначалу сильно, но ведь все обошлось, — все так же непринужденно отвечала я, а внутри все тоскливо сжималось от воспоминания о волшебном прикосновении. Но тут же природная склонность к сарказму взяла верх над желанием успокоиться. Искоса поглядывая на предмет обсуждения, я добавила: — Илларион Андреевич был так отважен! Ни тени сомнения, ни секунды промедления! Блистательная способность принимать решения не только за себя, но и за других!

Штерн даже не взглянул на меня в ответ, но я заметила легкую усмешку, на мгновение появившуюся на плотно сжатых губах.