Книга День, которого не было, страница 21 – Ольга Рог, Иван Бестужев

Вон, тот так вовсе прописался — Дух мести заприметил мужика в серой куртке. Сидит, и как бы невзначай, смотрит на детей. И взгляд такой нехороший, бегающий… Встречал он такие у людей, которых и людьми-то сложно назвать.

Смотрит сейчас мужчина на девочку с молочным коктейлем в руке, которая зависла в телефоне и с кем-то переписывается. Мелкая встает, кидая пустую тару в мусорный контейнер, и не оглядываясь по сторонам, плетется к выходу. Феликс посмотрел, как в серой куртке чувак тоже засобирался. Суетно, дергано. Шапку схватил и натянул до бровей. Вороватый взгляд по сторонам, не видит ли его кто-нибудь.

«Очень даже видит!» — Феликс поднял хвост и спрыгнул с насиженного места. Ох, тяжеловато бежать вприпрыжку, наел бока, понимаешь. Он запыхался перебирать лапами, стараясь не попасть под ноги встречным прохожим. Идут, башку свою загнули и не видят ничего ни под ногами, ни вокруг себя. Какие-то роботы, а не человеки… Эволюция их совсем не пощадила. Вроде, умнее должны были стать, внимательнее, добрее, учиться на своих ошибках. Ау! Можно орать во все горло о помощи и редко кто обернется.

Противный слизняк догнал девочку во дворе. Зажав рот, потащил в сторону старого барака. Девчонка от страха не сопротивлялась, ее будто парализовало. Негнущимися ногами семенила механически. Деревянные ступени под ним скрипели и будто плакали… Девочка беззвучно плакала вместе с ними. Телефон выпал в грязь, продолжая играть какой-то тупой топовый трек, который она слушала через наушники. Ржавый ключ подошел к ржавому замку. Лязгнули двери, словно крышка гроба открылась. Девочка, понимая, что это конец, задергалась, замахала руками. В глазах мольба о помощи.

— Ну и грязно у тебя тут!

Мужик замер и медленнообернулся, думая, что за ним пришли. Но голос такой странный, как у Охлобыстина картавый и с претензией.

— Как ты, сука, тут обитаешь вообще? — продолжил говорить. — Окно бы, что ли открыл, проветрил. И это… Ребенка отпусти или всю жопу исполосую на британский флаг.

Пока маньяк пребывал в недоумении и шарахался из стороны в сторону, девчонка его укусила, и пользуясь эффектом неожиданности, смогла вырваться. Бежала она так, будто от этого зависела вся ее жизнь. В принципе, так и было…

— А вас, я бы попросил остаться, — дверь отъехала и захлопнулась, бряцнув металлическими навесами.

— Какого дьявола? — отщепенец стал отступать от входа, побаиваясь, что неизвестный сейчас выскочит оттуда.

— Жаль тебя разочаровывать, но здесь только одна нечисть — ты!

— Я не сумасшедший! — вскрикнул маньяк, кривя ртом с желтыми, изъеденными кариесом зубами.

— Нет. Ты просто урод, который издевается над слабыми.

— Покажись, кто тут есть! — он выставил костлявые кулаки вперед. — Драться будем как мужчина с мужчиной. — Чуть собственными слюнями не подавился от злости. На сером лице, со впалыми щеками изъеденными оспой недоумение, смешанное с тихим ужасом. Его лицо менялось, сбрасывая маски одну за другой. Остался только животный страх неминуемого наказания, расплаты за низменные грехи.

— Опять ошибочка, — прошипел Феликс. — Мразь никогда не будет мужчиной, а я так вовсе — не человек.

— Кто же ты? — он схватился за голову, скрючив пальцы. Потом прикрыл свое уродливую физиономию, высматривая между щелочек невидимку. Но вокруг только обшарпанные стены со рваными ранами выколупанной штукатурки. Пыльное стекло с паутиной. Покосившаяся форточка.