Книга Услуга Дьяволу, страница 119 – Валерия Воронцова

Я знала, что Дану нравится, когда мои волосы распущены точно так же, как и видеть меня в платье. Конечно, мой прекрасный господин никогда не утверждал подобного, но, храня в памяти каждый его комплимент, я была уверена в этом. Как иногда говорила Тунрида: «Женственность помогла мне забрать душ куда больше, чем меч и кнут. И сердец тоже, малышка Хату. Угроза опаснее, когда выглядит безобидно, хищная атака незаметна, если прячется под лаской».

Что ж, в нежном сиреневом платье из легкого струящегося шифона я могла бы сойти за принцессу. Застенчивую, как полевой цветок среди благородных сортов, если бы не глубокое декольте и обнаженные плечи, по отношению к которым рукава, берущие начало на уровне лифа, казались насмешкой демоницы. Такой же, как розовый атласный кушак, подчеркивающий талию, и драгоценная подвеска-капля на тонкой цепочке, словно прочерчивающая на коже серебряную тропинку скатывающейся слезы.

— На моей родине говорили, что зеркала не лгут лишь красавицам, — улыбнулась девушка. — С вами зеркала честны, моя госпожа.

Я чувствовала, что в словах Таньи нет лести, как и в похожих комплиментах от Ксены, но все же сомневалась в их правдивости. Особенно после встречи с принцессой Циссией, выглядевшей прекрасно, даже сражаясь в лесных дебрях. Мысленно представив ее рядом с собой, я привычным взором художника увидела лишь контрасты.

Мои прямые угольно-черные волосы доходили до пояса и были гораздо длиннее ее карамельных волнистых. Зеленые глаза Циссии сверкали изумрудами, а мои темные словно поглощали свет. Бледная кожа принцессы казалась молоком в сравнении с моей чуть золотистой от загара, настигавшего меня после работы в саду или прогулки верхом. К счастью, мое тело оставило период острых углов и неверных пропорций, приобретя все нужные изгибы и сочетая мягкость округлостей с жесткостью натренированных мышц, и все же в Циссии было что-то неуловимое, от чего ее миниатюрная фигура казалась складнее и изящнее. Словно я была выточена из камня, а она слеплена из глины.

«Как плавит жар свечу,

Как направляет реку ветер,

Точилу томной страсти по плечу,

Отсечь невинности и робости соцветья».

Я покачала головой, некстати припомнив строки из сонета «Весенней ночи упоенье», цитаты из которого часто использовала знать для откровенных и пикантныхпредложений.

Возможно ли, что дело было лишь в этом?

Встряхнув головой, отгоняя непрошенные сокровенные мысли, просочившиеся из темной ночи, я отослала Танью и спустилась в холл в сопровождении Фатума. В мои редкие отсутствия инферги, обычно, находился при Хирне, или присматривал за конюшнями, если у него не было другого задания от меня.

Возможно, я собиралась что-то ему поручить, что-то, связанное с кухней, но все размышления развеялись под взглядом Дана, ожидавшего меня у подножия лестницы. Медленный и бархатный, он плавно прошелся от атласных носков туфелек в тон платью вверх, задержался на талии, скользнул к обтягивающему лифу и наготе плеч, пока горящие золотым огнем глаза не встретились с моими. Неосознанно задерживая дыхание все это время, я шумно вздохнула, надеясь, что жар на щеках — вина солнечных лучей, играющих на белоснежном мраморе холла. Но несколько солнц светили на меня прямо сейчас из дьявольских глаз.