Книга Услуга Дьяволу, страница 144 – Валерия Воронцова

— Такова суть перемен, госпожа, — понимающе кивнула Ксена, провожая меня до задних дверей холла. —Чтобы начать что-то новое, необходимо проститься с чем-то, что стало привычным.

— Да, мы часто беседуем об этом с повелителем. О закономерностях в вечности, жизни, судьбе и посмертии. Ты тоскуешь по смертному царству, Ксена?

Прежде мне не приходило в голову, что многие души, искупающие собственные грехи в царстве Карателя, могут хотеть вернуться или поскорее начать новый путь рождения. Вероятно потому, что сама я чувствовала себя среди смертных скорее гостем, чем одной из них.

— Нет, я с благодарностью принимаю то, где нахожусь сейчас, госпожа Хату, и работу, которую доверили мне повелитель и вы, — ответила управляющая, чуть растерявшись.

Мне много раз хотелось спросить Ксену, что такого она сделала, чтобы оказаться в Междумирье, и какой грех уравновесил все хорошее, что она совершала в своем земном пути. Существовало несколько причин, по которым она не смогла бы уйти от ответа, но я не хотела ими пользоваться, видя, как нервно моя бывшая бонна сплела пальцы перед собой. Ксена точно не была настроена на такую беседу, а моя привязанность к ней всегда перевешивала любопытство. Тем более, меня ждал Каратель, а его время гораздо ценнее чужих откровений.

Кивнув управляющей, я прошла между стражниками, выходя во внутренний двор, где несколько демонов приводили в порядок тренировочное оружие. Поклонившись, едва заметив, они вернулись к своим делам, не обратив внимания на Фатума, сунувшего нос к стойке с начищенными до блеска топорищами. Я щелкнула пальцами, и инферги поравнялся со мной, делая вид, что у него и в мыслях не было почесать клыки о рукояти топоров.

Оглянувшись на двор у самой дорожки, я шагнула в коридор ветвей, на которых лишь в прошлое семидневье проклюнулись первые почки. Снег в этом году сошел раньше обычного, весеннее солнце пригревало как-то по-особенному жарко, или мне это только казалось, но Байро уже готовил своих подчиненных к раннему цветению, перенеся многие работы на четверть подлунья раньше.

Дана я обнаружила рассматривающим «морской мрамор» — бирюзовый мох, покрывающий стволы царственных сеттурий, славящихся своими изумрудными листьями, которые смертные часто вплетали в свадебные венки и букеты на Западном континенте.

— Взгляни сюда, Хату, — Дан кивнул на мох, и я присмотрелась как следует. Мох переливался всеми оттенкамисинего и голубого, пронизанный белыми, золотыми и красноватыми прожилками. — Помнишь, как еще называют «морской мрамор»?

— «Колдовской мох», смертные используют его в гаданиях, — ответила я. — Сочетание цветов, оттенки, направление прожилок и их узор — настоящие чтецы обращают внимание на все. Но… я думаю, что последний раз видела его в детстве, и тогда он напоминал морскую зелень.

— Верно, этот мох растет только на сеттуриях, появляясь один раз в десять лет, — кивнул Дан. — Знаешь легенду о том, как возникла эта связь мха и дерева?

Я покачала головой, с любопытством посмотрев на Дана. О сеттуриях и «морском мраморе» мне было известно только то, что некогда один из королей смертного царства десять лет подряд высаживал сеттурии у себя во дворце, в конце концов получив аллею предсказаний, где ежегодно на паре деревьев появлялся «колдовской мох».