Книга Услуга Дьяволу, страница 173 – Валерия Воронцова

Кроме того, великий первопадший знал, что первый в жизни визит в Подземье, пусть даже Верхнее, пусть с благодатью Гург, полученной десять лет назад, но по такому поводу и сразу под прицелом глаз всех высокородных падших заставляет меня нервничать.

Где-то глубоко внутри, под всеми знаниями и наставлениями все еще тлел тот детский страх, что как некогда тьмати и инферги не могли увидеть во мне ничего, кроме добычи, так и само Подземье никогда не воспримет меня иначе. Однако, с момента переноса в загон ничего опасного не происходило: я не чувствовали в теле тяжести и дышала свободно, земля не пыталась меня поглотить, а тело не отторгало душу, как это случалось с теми живыми, кто попадал в Подземье по собственной глупости или отчаянью.

— Спасибо, Ариман, — я кивнула воину, думая, что он совершит перенос на трибуны, убедившись, что я уже в седле, но великий первопадший покачал головой.

— Повелитель велел присмотреть за тобой до того мгновения, как ворота начнут подниматься.

Я ненадолго прикрыла глаза, стараясь убедить себя, что ладони вспотели от жары, а не от присутствия моего прекрасного господина среди зрителей. Помимо всего прочего, финальное испытание отличалось еще и судейством самого Карателя, и если я собиралась победить, то моя победа должна быть абсолютно очевидной всем присутствующим. То есть всей знати Подземья — самым хитрым, изворотливым и коварным созданиям в трех царствах.

— Иногда мне кажется, что у меня не три испытания, а пять, — пробормотала я. — Еще два включают в себя задачи не умереть и не опозорить повелителя.

— Так и есть, — согласился Ариман. — Другие наследники тоже не хотят опозорить свои Дома неудачеясй, но…

— … умереть рискую только я, — логично продолжила я, успокаивающе погладив Гекату, дернувшую ушами. Подобные разговоры кобыле не нравились.

— Умереть рискуют все, Хату, — поправил Ариман. — Оборвать можно любуюжизнь, независимо от ее продолжительности. Если знать, как, или выбрать удачный момент.

— Весьма воодушевляюще, — оценила я, кисло посмотрев на воина. — Тунрида и Хирн перед испытаниями меня хвалили, говорили, что я справлюсь и хорошо выгляжу, а ты…

— Решил дать еще один совет, а не кормить прописными истинами, — чуть приподнял уголок губ Ариман в улыбке. — Время.

Ворота и впрямь начали подниматься, и, покосившись в угол, где стоял великий первопадший я, конечно же, нашла лишь пустоту. Каратель и его свита перемещались настолько незаметно, что не было даже остаточной дрожи энергии.

— Фатум, Геката, у нас только одна задача, и мы ее выполним, — сказала я больше себе, чем компаньонам, получая в ответ солидарное фырканье.

В первые мгновения перед глазами все смешалось от алого и белого в ослепительном свете солнца, шум трибун ударил по ушам, и ноги крепче сжали бока тьматя. Арена Крови и Пепла оказалась значительно больше, чем я представляла, а путь к постаменту с наградой гораздо сложнее, чем предупреждали наблюдатели. О том, что всю Арену застроят проклятыми стенами, соорудив вокруг венца лабиринт, никто не обмолвился ни словом. Как и о том, что вход в него окажется на противоположной стороне Арены, до которого придется скакать наперегонки.

Мастер из Дома Обетов и Дисциплин протрубил в рог, веля приготовиться, и двенадцать всадников с инферги заняли отведенные им полосы для скачки. Мельком я увидела Циссию в бордовом костюме и Сурадиса в сером, сама оказавшись между Младшим Рыцарем Безумия в черно-синем мундире с изображением скрещенного с мечом тюльпана и наследным принцем Дома Страсти, облаченным в костюм того же цвета, что и младшая сестра. К счастью, мои соседи не обращали на меня никакого внимания, или успешно притворялись, что заняты собственными компаньонами, и не докучали.