Книга Кровавый Король, страница 252 – Элизабет Кэйтр

Он найдёт её (он ведь всегда находит её? Будь то замок, чертоги памяти, испытания Старух…он же находит?). Позволит сделать ей всё, что она хочет. Даже даст время, чтобы разорвать связь. Они с Румпельштильцхеном приготовили идеальное зелье для восстановления памяти после Ритуала: в нём отсутствовали все воспоминая, касающиеся проявления любых чувств в спектре от блестящей ненависти до любви. Видар будет знать, что она — Советница, что ондоверяетей, что она должна разорвать ихбрачнуюсвязь (про родственную забудет, будет думать, что их связывает только брак по расчёту). Он сотрёт в пыль каждую эмоцию, превратившись в ледяную глыбу. Он даст ей шанс на ту жизнь, которую так хочется ведьме — без чувств к нему. А себе — подарит искупление. В каком-то смысле.

Затем Румпель поможет наполнить Тэрру энергией от связи, чтобы укрепить землю. Провернуть такое — чуть ли ни на грани с невозможным, но Видар поклялся сделать всё возможное, лишь бы искупить вину, лишь бы принести покой и комфорт в жизнь ведьмы.

— Видар, — тихий голос Себастьяна заставляет короля резко ударить по зеркалу.

Отражение улыбающейся Эсфирь исчезает. От кулака ползут трещины. Тонкая струйка крови течёт вниз, а Метка, разъярённая на хозяина, возгорается адским пеклом, снова высасывая жизненную силу из короля, не найдя виновника боли в его ладони.

Видар разворачивается на друга, как ни в чём не бывало. Он лениво поправляет камзол, стараясь вообще не подать виду, что только что разбил зеркало. Опять.

— Всё хорошо? — настороженно спрашивает Баш.

«Просто блеск. Убери этот жалостливый взгляд, Баш! Иначе я не сдержусь, клянусь, я заставлю тебя прекратить смотреть на меня так!»

— Да, более чем, — демон знает где, но Видар находит силы на безмятежную улыбку.

Внушительная часть зеркала за спиной с оглушающим грохотом осыпается. На секунду кажется, что он — зеркало.

Себастьян было открывает рот,но Видар оказывается первым:

— Хотел забрать к себе в покои. Оказалось, что оно разбито.

— Ты любишь её.

Сердце Видара падает на пол, повторяя звук предательского стекла.

— Конечно, это же комната моих родителей, — король не узнаёт собственного голоса.

— Я не позволю тебе сделать то, что ты задумал, — Баш делает несколько шагов навстречу к королю.

— Ради Хаоса! Зачем мне разбитое зеркало? — Видар чувствует, как под каблуком трещит стекло. Или так звучит его сердце?

— Прекрати это долбанное выступление! — чуть ли не шипит друг.

— Баш, ты — спрашиваешь, я — отвечаю, только и всего, — небрежно пожимает плечами Видар.

— Видар, хватит! — Себастьян повышает голос, обжигая всё вокруг него злостью.

«Демонов идиот! Идиот! Он хочет разрушить себя до основания, забыв, что от него уже ничего не осталось! Он хочет разрушить их обоих!», — и Себастьян не может контролировать злость, не может позволить совершить ошибку тем, кто дорог ему.

— Я просто стою, — ухмыляется король. — А ты, кажется, повышаешь на меня голос.

— Ты не имеешь никакого права помогать ей в разрушении связи! Не тогда, когда любишь её! — Себастьян срывается на крик, в тайне надеясь, что попросту докричится до друга.

— Именно! Я люблю её!.. — Видар теряет самообладание, тоже срываясь на крик. Что-то больно ударяет в грудь изнутри.

Себастьян удивлённо моргает. А Видар резко делает шаг назад, толкая спиной раму, что с грохотом падает назад, снося на своём пути несколько стульев.