Книга Проклятая жена. Хозяйка волшебной пасеки, страница 40 – Эми Эванс

— А что это с ним? — прошептала я, обратившись к дракончику, который взлетел в воздух и завис сейчас над моим плечом.

— Так я отвод глаз убрал временно, — пояснил ящер, — Надо будет ауру твоего друга считать и в защитное заклинание вплести, чтобы он мог видеть сквозь заклинание.

Когда дар речи к Гектеру вернулся, он рассеянно пробормотал:

— А я точно туда попал?

А следом покосился через плечо на дверь, находящуюся за его спиной.

Пришлось вмешаться, пока мужчина не подумал, что сошел с ума.

— Гектер, — позвала его негромко, привлекая внимание. И когда мужчина повернулся в мою сторону, добавила, стараясь сдержать радостную улыбку, — Ты совершенно точно попал туда, куда надо.

На меня уставились с еще большим изумлением, чем до этого на кухню. Грозный, серьезный мужчина совершенно рассеянно хлопнул глазами сначала раз, затем другой. После нахмурился и ошеломленно уточнил:

— Оливия?

Ну хоть кто-то сразу догадался!

Хотя Гектер, скорее всего, понял, что я — это я лишь потому, что никого другого в этом доме быть не могло. А о том, что могилка за домом пуста, он и без меня знает.

Правда, у грозного надзирателя нервы оказались не такими крепкими, как я предполагала. И мне пришлось усадить его на новенький, мягкий стульчик. Налить воды из новенького графина в новенький стакан. И подождать, пока он все осознает и хоть немного придет в себя.

Ждать пришлось долго. Не меньше четверти часа прошло прежде, чем ошеломленное молчание мужчины прервалось одним коротким вопросом:

— А как ты это все сделала?

И тут на сцену вышел дракончик, материализовавшись прямо на столе с громким хлопком. И сделал он это, видимо, для пущего эффекта. Потому что перед этим, когда Гектер вошел в дом, исчез ящер абсолютно беззвучно. Да и раньше появлялся, не привлекая лишнего внимания.

Дракончик, не позволив мне и слова произнести, взял на себя роль рассказчика. Видимо, не так сильно он верил в мои способности держать язык за зубами и решил перестраховаться, опасаясь, что я могу сболтнуть лишнего.

Представившись Гектеру моим магическим спутником, ящер рассказал ему, что мы с ним познакомились еще до моего неожиданного замужества. Что, к слову, было наглым враньем.

А потом коротко обрисовал ситуацию с преображением этого дома. Правда, кое-что умолчал, где-то перекрутил факты, а кое-что вообще приукрасил.

Но Гектер появлением говорящего миниатюрного дракончика воспринял куда спокойнее, чем мое преображение. Видимо, те самые «магические спутники» не были здесь таким уж редким явлением.

К концу рассказа дракончикаГектер успел выпить чай, который я для него заварила, попробовать лакомства, которые я достала из холодильника, и даже пройти с экскурсией по преобразившемуся дому.

А после смотритель пасеки вновь опустился за стол и произнес:

— Это хорошо, Оливия, что тебя теперь не узнать. Нам с нашими планами это только на руку. Если лорд Грейс вдруг спросит, скажу, что ты моя племянница. Осталась сиротой, а я тебя к себе забрал и здесь временно поселил.

Я лишь покивала, полностью с ним соглашаясь. Это была самая оптимальная легенда, которую можно было придумать в нашем случае. После столкновения с мужем уж точно.

А в том, что он еще явится и попробует узнать, кто я такая, я почти не сомневалась. Уж слишком красноречиво об этом свидетельствовал интерес дракона. Лишь бы только у меня от этого интереса проблем не прибавилось.