Книга Вторая жизнь графини, или снова свекровь, страница 60 – Анастасия Гудкова

Он держал меня, как на поводке, но я и не пыталась казаться сильной, не старалась разрушить ту невидимую баррикаду, что шаман соорудил вокруг моей силы. Иначе бы все они узнали, что я Хранительница. Та, кого варвары особенно недолюбливают, и мне придётся несладко, если они узнают.

Они думали, что я — маг. Сильный, вредная, но не слишком опасный без своего дара. Не важная. Обычная деревенская ведьма, с характером и одним-двумя эффектными заклинаниями. Пока это меня и спасало.

Я слушала разговоры варваров украдкой. Слышала, как они переговаривались. Как хвастались, как громко гоготали над собственными же шуточками. Их предводитель, Грум-Тар, был молчалив и суров. Но не касался меня, и не разрешал остальным. Один раз какой-то бородатый мерзавец потянулся ко мне — и получил локтем в висок от старшего. Больше никто не пробовал его ослушаться.

Странная дисциплина у них. Звериная, дикая, но какая-то правильная.

Переночевали мы в чаще, рядом с чёрным озером, от которого шёл слабый пар. Шаман развёл огонь, на котором варвары жарили мясо пойманного в лесу кабана, пили из бурдюков, пахнущих прелым травами. Мне дали кусок чего-то тёмного и солёного. Я откусила — и мысленно попросила у желудкапрощения.

— Ты молчаливая, — сказал шаман однажды ночью, присев рядом у костра. — Значит, умная.

— Или напуганная, — отрезала я.

Он не рассердился. Улыбнулся сухо и покачал головой.

— Ты не боишься.

— Только скуки. И плохой еды.

— Ты не обычная, — пробормотал шаман. — Магия у тебя… другая. Я чувствую в ней порядок. Как в узоре, вытканном сталью. Ты не дикарка. Не ведьма. Кто ты?

Я промолчала. Это был опасный разговор для меня, даже слишком.

— Но ты и не Хранитель. — Он взглянул на меня вскользь и отвернулся. — Я бы знал. У Хранителей — другой взгляд. Другой магический след.

— Значит, ты не так уж и мудр, — усмехнулась я, едва сдерживая дрожь облегчения. — Или я действительно не такая.

Он рассмеялся каркающим смехом.

— Возможно. Посмотрим, как ты запоёшь в лагере. Там с тобой говорить будут уже другие.

На третий день мы въехали в долину.

Дым стелился между скалами, как змея. Лагерь — целый городок из шатров, окружала стена укреплений из брёвен, и оттуда слышались крики, вой, а в небо поднимался дым от костров. У ворот нашу процессию встретили фигуры в масках и доспехах, покрытых черепами. Один из варваров выехал вперед, бросил короткий взгляд на меня.

— Магиня? — спросил он у шамана.

Тот пожал плечами.

— Говорит мало. Смотрит — много. Внутри есть сила. Но пока — тишина.

— Хорошо. Ведите в палатку и выставьте охрану. Магиню никому не трогать. Она нам ещё понадобится.

И меня, словно товар, повели вглубь. А я всё думала — сколько ещё я смогу молчать?

И успеет ли он — тот, кто остался за стенами — прийти, прежде чем я заговорю?

* * *

Палатка оказалась на удивление чистой, будто здесь кто-то понимал, что с магиней нельзя обращаться, как с куском мяса. Но всё равно это была палатка, с шкурами вместо стен, с ковром из оленьих шкур, накинутых на землю, и без намёка на уединение.

Два воина у входа. Один — с лицом, украшенным шрамом в форме полумесяца, другой — в маске из медвежьей пасти. Дышали, как хищники. Смотрели, как стражи. И, судя по всему, не собирались уходить даже на минуту, зорко сторожа меня.