Книга Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина. Том 1, страница 85 – Селина Катрин

«У цваргов проблемы внутривидовые. У них нет искусственно привитых генов и ярко выраженных мутаций, они не проводят на себе опыты, это вообще другое! А резонаторы, способные улавливать бета-волны, даны самой природой и развивались тысячами поколений!» — хотелось мне кричать, но язык будто присох к нёбу.

Тем временем Кракен замолчал, медленно приближаясь к очередной двери и явно наслаждаясь своей тирадой. За окном этой клетки нас ждало несчастное существо, которому отрезали нижние конечности и на их место искусственно имплантировали руки. Существо семенило, точно паук, к миске с едой в углу комнаты. Ему было неудобно и явно больно, оно мучилось… Я отвернулась, чувствуя подступающую к желудку тошноту.

Хавьер же, глядя в окошко в двери, сказал почти с благоговением:

— Знаешь, кем я себя чувствую, Тери? Создателем! Я проектирую тела, которые могли бы быть. Которые должны были быть. Здесь — новая эволюция. Моя собственная. И ты... ты ведь понимаешь, о чём я. Ты тоже работаешь с плотью!

— Я не провожу экспериментов над гуманоидами, — выдавила из себя.

— Ой ли? — Мой арендодатель усмехнулся. — Думаешь, я не в курсе твоих экспериментов над Корри? Хотя хвалю, ты много месяцев это успешно скрывала, но мои люди всё равно нарыли.

Водянисто-голубые глаза внимательно посмотрели на меня, а я вдруг чётко осознала, что мне страшно. Нет, не потому, что до властей могут дойти слухи, что я делаю процедуру орошения лёгких несовершеннолетнему с Миттарии, а совсем по другой причине. Матильда — бабушка Корри — периодически присматривает за Леей. Если Хавьер узнал про Корри, то и про Лею может выяснить информацию в любой момент. Страх за дочь липким щупальцем скользнул вдоль позвоночника.

— Скажи, драгоценная, разве это не прекрасно?

Зерракс смотрел выжидающе, а я понятия не имела, что ответить.

«Ты обязана сейчас быть Кровавой Тери. Хотя бы ради Леи… ты должна потянуть время, найти другое складское помещение и разорвать любые отношения с Хавьером», — мысленно дала себе оплеуху. Как ни странно — полегчало. Я глубоко вдохнула, выдохнула и сказала:

— Строение тел твоих образцов зоопарка впечатляет. Кто бы ни собирал их — у него рука не дрогнула. Или не было души. Хотя лично я считаю сращивание позвоночных дуг совершенно эволюционно невыгодной затеей. Идея интересная, но методика и средства достижения… м-м-м, нет, я бы действовала по-другому.

Хавьер Зерракс вновь рассмеялся, но на этот раз — искренне.

— Я знал, что нашёл идеальную женщину для себя,— отсмеявшись, сообщил Кракен. — Я рассчитываю, что ты подумаешь над моим предложением.

— Каким предложением? — не поняла я.

— Как каким? — Мужчина стремительно подошёл вплотную и так крепко обнял, что я почувствовала эрекцию через два слоя ткани. — Тери, давай без этих игр. Я предлагаю тебе стать моей женщиной, а взамен подарю весь этот зоопарк. Сделаешь с ним что захочешь. Но выйдешь за меня.

С этими словами он, не отпуская меня, левой рукой выудил из кармана брюк бархатную коробочку для ювелирки и одними пальцами распахнул. В прорези было вставлено кольцо с огромным кроваво-красным рубином овальной формы. Настолько огромным, что меня затошнило. «Нет-нет-нет!» — завопило создание, но артикуляционный аппарат отказывался хоть что-то выдавать вслух.