Книга Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина. Том 2, страница 125 – Селина Катрин

Я не планировала даже Лею, но родить в условиях стабильности от любимого мужчины, в котором можешь быть уверена на все сто процентов, разве это не счастье?

***По результатам голосования семь миллионов цваргов и цваргинь высказались категорически «за», и новые законы на Цварге были приняты в том же году. Все поправки в законодательстве негласно стали называться «Революция Монфлёра».

Как это всегда бывает, одно потянуло другое.

Сначала цваргиням дали право покидать планету без согласия мужа или опекуна, просто по собственному желанию. Чуть позднее в силу вступили поправки, значительно упрощающие многие процедуры, в том числе получение образования и принятие на государственную службу. Цваргиням больше не требовалось разрешение от главы семьи, чтобы поступить в Академию Космического Флота, открыть собственное дело или занять административную должность. А за этим встал вопрос о перераспределении опеки над детьми после развода, если таковой случался, о равных правах на владение имуществом, о праве женщин на свободный выбор партнёра. Цваргиням открыто разрешили выходить замуж не толькоза смесков, но даже за не-цваргов.

Собственно, вначале произошло то, чего АУЦ боялся больше всего: многие женщины покинули родину и произошёл отток населения — на Юнисию, Ларк, Тур-Рин, Миттарию, Пикс и другие планеты Федерации, но буквально через пятнадцать лет был зафиксирован первый прирост населения планеты.

Оказывается, в браках между цваргинями и пикси, а также цваргинями и людьми чаще всего рождались дети полноценной цваргской крови, причем такие браки ещё двадцатью годами позднее в среднем уже имели четыре ребёнка на семью.

Огромное количество цваргинь, наоборот, вернулось с Кейтера и других планет Федерации. Среди них оказалась и Одри Морелли, которая наигралась «в прятки» и больше всего на свете мечтала вернуться к привычной жизни и комфорту. Операция в «Фокс Клиникс» сделала её похожей на чистокровную таноржку, и, что самое удивительное, именно с такой внешностью она случайно столкнулась со своим бывшим женихом в одном из ресторанов Цварга. Кевин Дрейк её не узнал, между ними завязалась беседа, и… через полгода Одри приняла его предложение о замужестве. На этот раз — по собственной воле, а не потому, что так хотели их рода.

А когда она впервые вернулась на Цварг через космопорт, уставшая после перелёта и переминания в очередях, её встречал Кассиан. Он ждал со списком прибывших, привычно просматривая фамилии, и лишь краем глаза заметил знакомый силуэт.

Остановился.

Прищурился.

Сделал шаг ближе — и ещё один, не веря собственным глазам.

— Одри?.. — голос прозвучал хрипло, как будто это слово застряло в горле.

Она улыбнулась нерешительно, чуть подняв голову. Да, та самая осанка, жесты, походка и ямочка на правой щеке, когда она улыбается — выдали её раньше, чем лицо.

Кассиану потребовалось время, чтобы соединить образ: новая внешность, бежевая кожа, иная стрижка волос, а внутри всё та же девочка, которую он когда-то носил на руках через платформу. Разве что чуть-чуть повзрослевшая.

— Привет, Кассиан, — тихо сказала Одри.

И только тогда он полностью признал. Она. Его младшая сестрёнка.

Через год после «революции Монфлёра» Сенат официально отменил принуждение женщин к браку в детородном возрасте вне зависимостиот того, были они замужем или нет, и ввёл понятие «личной воли» как обязательного критерия для заключения союза. Договорные браки, ранее популярные среди цваргов, особенно среди элиты, стали всё большей редкостью. Всё чаще цварги и цваргини создавали семьи исключительно по любви.