Книга Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина. Том 2, страница 128 – Селина Катрин

Я театрально вздохнула, глядя прямо в камеру.

— Не знаю, на каком Тур-Рине вы были, но у меня там всё было отлично. Подруги — классные, няня — вообще супер. И мама. И школа, по которой я скучаю.

Я чуть не добавила: «И там не заставляли носить эту жуткую форму», но вовремя прикусила язык.

Где там Гектор? Опаздывает, как всегда, когда он действительно нужен.

Пауза повисла густая. Многочисленные репортёры растерялись, переглянулись — кто-то кашлянул, кто-то опустил камеру.

— Э… давайте без этого, — предложил один из них. —  Лея, расскажите лучше, каково вам учиться в школе для леди? Наверное, после Тур-Рина это совсем другой уровень?

Я фыркнула. О да… другой. Да ничего они не знают… Ох, глупые-глупые цварги!

— Ну… да, другой, — протянула, решив сделать мелкую гадость.

Просто иногда без этого тяжело. Знаете, когда ты ребёнок — вроде бы и стараешься быть послушной, и улыбаться, и делать всё «как правильно», а внутри всё равно хочется подергать кого-нибудь за уши или кинуться в фонтан с криком «ура!».

— Тут учат быть «настоящей цваргиней»: красиво сидеть, не спорить, улыбаться, когда не согласна, и пить чай с прямой спиной. Иногда это раздражает, если честно.

Я заметила, как оператор дёрнулся — наверное, ожидал, что я скажу что-то вроде: «Я счастлива!» Ага, размахнись-ка на орбиту шире.

— Но в остальном школа нормальная, — добавила я уже мягче. — Мальчики тут вежливые. Один даже на днях угостил вкусняшкой. Правда, он, видимо, хотел, чтобы я с ним поделилась, но я не представляю,как без салфеток и ножа разрезать шоколадный фондан, чтобы из него не вытекла вся начинка. Салфеток влажных тоже не принёс… Да, одним словом, типичный мужчина. О мелочах думать не привык. Не то что мы, девочки.

Журналисты засмеялись, но как-то неловко.

— Очаровательно! — выдавил один из них. — А всё же, каково вам быть цваргиней? Ведь теперь перед вами открыты все дороги — любое образование, карьера, будущее…

— …и сидеть под замком с пятидесяти лет, после того как заставят выйти замуж за какого-нибудь старпёра? — уточнила я спокойно.

Повторно наступила тишина. На этот раз у ближайших ко мне репортеров даже камеры пискнули, будто зависли.

— Почему старпёра? — неуверенно переспросил мужчина с микрофоном «Цварг-ТВ».

— Ну как же, — пояснила я, скрестив руки, — цваргини — «ценность нации». Планетарная Лаборатория рекомендует браки с мужчинами при статусе и регалиях, а им, как правило, уже за сто. Вы вообще видели основной состав, кого молодым девушкам рекомендуют? То-то и оно! А я смотрела.

Кто-то из них неловко хихикнул, будто надеялся, что я шучу.

— Но ведь, Лея, когда вам исполнится двадцать один, вы можете выбрать себе ровесника, — вмешался с салатовыми прядями. — Никто не запрещает! Они там тоже есть.

— Ага, угу, — закивала я. Нет, ну нашли глупышку! Думают, раз мне девять лет и я дочь Кассиана Монфлёра, то сейчас расскажу, как мне всё тут нравится?! Нет, дорогие господа, я сейчас расскажу, как мне всё тут не нравится, а вы делайте с этим что хотите! — Только при этом девочек с детства учат быть послушными и не перечить. Вы растите будущих рабынь — просто называете это красивее. «Леди». Но по факту у нас на Тур-Рине это называется рабством.

— Почему рабынь?! — всплеснул руками какой-то пожилой цварг с краю. Он мне сразу не понравился. Краем глаза я заметила, как Гектор припарковался за толпой журналистов. Наконец-то! — Наши женщины живут в безопасности, имеют медицинскую страховку и получают хорошее содержание от супругов!