Книга Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина. Том 2, страница 63 – Селина Катрин

Эстери Фокс

Яхта «Астра» села беззвучно, как и положено кораблю такого класса — ни толчка, ни вибрации, ни малейшего намёка на посадку. Только лёгкое изменение давления и тонкий сигнал на общей панели: «Прибытие». Всё слишком гладко, слишком роскошно. И оттого ещё более неуютно.

Я вышла первой. И сразу же почувствовала, что воздух здесь иной — сухой, терпкий, с малым содержанием кислорода и привкусом пыли.

Передо мной раскинулась самая обыкновенная посадочная площадка, а рядом, будто выгравированный в скале, торчал фасад знаменитого на весь Эльтон Храма Фортуны с глянцевыми окнами. Рыжеватые породы обступали здание со всех сторон, а местами храм как будто врастал в скалу.

Десять лет прошло с тех пор, как я была здесь в первый и последний раз. А судя по изменениям — не больше недели. Всё осталось точно таким же: неровная поверхность скал, тёмно-коричневые окна, отдалённо похожие на глаза огромного насекомого, и песок-песок-песок.

Я зябко обхватила себя руками. Место создавалось эльтонийками как максимально безопасное, вот только для меня оно хранило слишком много воспоминаний, чтобы чувствовать себя здесь спокойно.

— Ну вот мы и на месте, — услышала я у самого уха.

Кассиан встал рядом, одной рукой приобнял за плечи, а другой мягко, но без вариантов подтолкнул меня вперёд.

— Пошли, Фокс. Я знаю, ты не из тех, кто отступает на пороге.

Я усмехнулась — коротко, без веселья. Нет, не из тех. Но иногда хочется.

Мы пересекли порог Храма Фортуны, и я словно шагнула в воспоминание.

Внутри было всё так же, как десять лет назад. Невероятной красоты мрамор под ногами, мягкое освещение, имитирующее живой огонь, и голограмма звёздного неба, плавно вращающаяся под потолком. Недлинный коридор почти сразу вывел нас в центральный зал с крупной золотой вазой на пьедестале. Ваза была до половины наполнена жетонами — круглыми, матовыми, каждый со своей уникальной руной.

Модель Храма была простой — и в этом заключалась её гениальность.

Женщины приходили сюда, не предъявляя документов, несообщая, кто они и откуда, а как следствие — никакого давления со стороны общества. Это было местом полной анонимности и свободы.

Над центральным залом на нескольких этажах, как в отеле, располагались многочисленные и разнообразные комнаты. Каждая — с табличкой на двери, где вместо номера стоял символ. Если комната была свободна, в кармашке рядом лежал жетон с этой же руной. Женщина могла заглянуть внутрь, почувствовать — подходит ли атмосфера, интерьер, настроение. Если всё устраивало, она брала жетон и опускала его желоб, который с помощью хитрой системы попадал в вазу.

С другой стороны, мужчины — те, кто получил доступ, — не видели женщин и не знали, в какой комнате кто находится. Они тянули жетон наугад из той самой вазы в центре и шли искать нужную дверь по символу. Никто никого не выбирал напрямую. Никто не мог отследить, с кем именно провёл время. Полная анонимность, никакой предвзятости, только совпадение желаний. Эльтонийки верили, что сама богиня Судьбы в этом месте соединяет пути двух гуманоидов. На экстренный случай каждое помещение для встреч было оборудовано кнопкой вызова охраны.

Очень лаконичная система. А чтобы женщина чувствовала себя в полной безопасности, мужчина, перед тем как вытянуть жетон, должен был подписать особый договор, в котором полностью отказывался от прав на возможного ребёнка. Вот только в моём случае, как только я узнала о беременности Леей, такого договора не оказалось.