Книга Снежность Иве, или Господин Метелица, страница 90 – Вера Платонова

Но Иве уперто замотала головой.

– Zatha, zatha saata!* – задыхаясь от негодования, замахала на нее руками старуха. – Поди с глаз долой! Дура! Ванны смолы тебе будет мало!

Иве взлетела по лестнице в свою комнату и уперлась лбом в холодное оконное стекло.

г. Фьорс, столица Фьоренхолле

Дагмар шел по главной площади Фьорса, рассеянно разглядывая товары, расставленные торговцами на прилавках.

Громкий крик зазывалы выдернул его из глубоких размышлений.

– Выставка-продажа работ великого мастера современной живописи, самого Видмана Гиссариона! Лучшие работы, вдохновленные жизнью и природой нашего королевства! Спешите! Только три дня в столице!

Дагмар отыскал глазами зазывалу и повернул в его сторону. Здесь же раположился билетер, который оглядел Дагмара с ног до головы, и заявил:

– Полторы сребрушки за вход. На выставке можно побеседовать с самим мастером и приобрести у него картины по названной стоимости.

Дагмар оплатил вход и прошел в светлое помещение, уставленное по периметру подрамниками с полотнами. Сам мастер стоял, окруженный толпой аристократок, которые разбирали картины как горячие пирожки. Иметь дома работы самого Гиссариона считалось признаком высокого культурного развития.

– О, королевский маг почтил мой скромный вернисаж своим присутствием! – воскликнул Гиссарион. Дамы тут же заволновались и переключили свое внимание на столь приближенную к королю и в то же время загадочную персону.

Маг небрежно кивнул Гиссариону и смотрел прямо перед собой, на весенний пейзаж, изображающий лесную лужайку и расположившегося на ней зайца.

– Нравится? – залебезил перед ним Гиссарион в надежде на выгодную сделку. – На нее уже есть несколько покупателей, не смотрите, что тут стоит цена в триста золотых. Уже два человека готовы выложить за нее по четыреста.

– Плачу пятьсот, если ты мне скажешь, где эта картина была нарисована и что за украшение у зайца на лапе.

Дамы ахнули, заслышав такую сумму, у Гиссариона в глазах зажегся алчный огонек.

– Недалеко от Фьорса таких местечек полно. А браслет я ему дорисовал, чтобы придать картине шарм! – уверенно сказал он.

Дагмар сдвинул брови и достал из-за пазухи мешочек с монетами.

Он протянул его художнику и сказал:

– Вот оплата, достойная твоей работы.

Гиссарион схватил мешочек и торопливо высыпал на ладонь монеты, чтобы скорее пересчитать. Но ни одна монета не долетела до ладони – каждая превратилась в полете в черного навозного жука. Под визг аристократок жуки расползлись по выставке.

Дагмар снял картину с подрамника.

– Но ты не оплатил, мошенник! – крикнул емуГиссарион.

– Мошенник здесь только ты, – заметил Дагмар. – Эту картину написала одна талантливая девушка, живущая в маленьком городке Мюлле, которую зовут Иветтой Эдегор. А ты лишь поставил свою подпись, заплатив ей гроши. И сколько чужих картин, ты уже продал под видом своих?

– Это неправда, неправда! – стал оправдываться Гиссарион.

– Какой ужас! Какой пассаж! – послышалось со всех сторон.

– Отныне ты изгоняешься из Фьоренхолле, на то будет отдельный королевский указ, – сказал ему маг. – И все глашатаи его величества каждый день на протяжении месяца будут ославлять тебя по достоинству во всех уголках королевства.

С этим Дагмар покинул выставку чужих работ, не забыв забрать с собой картину Иветты, оставив разбитого Гиссариона осмысливать произошедшее.