Книга Гадина Петровна, страница 13 – Вера Платонова

— Да вот же, — показала Фрэн на туалетный столик у окна.

— Нет, где у вас комната, в которую вы ходите по своим делам?

— Комната, в которую мы ходим по своим делам? — на лице несчастной Фрэн отобразился сбой в программе. — Но у меня нет никаких своих дел, я хожу только по вашим.

У принцессы задергался глаз.

— Фрэн, смотри на меня внимательно. Что из этих слов тебе кажется знакомым, — она начала перечислять, — сортир, уборная, нужник…

— А! Нужник! — Лицо Фрэн просветлело, а затем снова приняло сосредоточенное выражение. — Но зачем вам наш нужник? Мы за конюшню бегаем.

— Фрэн, соберись. Мне нужен мой нужник.

— Аааа! — Фрэн, наконец, все поняла и с довольной улыбкой выдвинула из-под кровати огромный золотой горшок.

— Вот! Ваш горшок! Хотите, я подержу вам юбки?

Терпеть сил уже не было. Поэтому принцесса обреченно произнесла:

— Ладно,держи.

Затем, к большому счастью Ровены, горничная приготовила ей горячую ванну и помогла переодеться в чистое платье. Второго черного не нашлось, пришлось довольствоваться бледно-голубым, случайно затесавшимся в пятьдесят оттенков розового в гардеробе принцессы.

В дверь постучали.

Вошла дородная и важная дама в напудренном парике, представившаяся камеристкой королевы, маркизой де Мираболь. Принцесса смутно представляла себе, чем занимаются камеристки.

— Пока у вас нет собственной камеристки, ее Величество любезно предоставила вам меня, чтобы помочь освоиться во дворце. Сегодня у вас почти свободный день. Скоро придут портные, чтобы ушить свадебное платье по вашей фигуре, затем парикмахер для репетиции прически, потом церемониймейстер сообщит о порядке действий во время брачной церемонии. А пока, если хотите, я могу показать вам дворец и его окрестности.

Принцесса с удовольствием согласилась, хотя и предполагала в маркизе шпионку королевы. Она постаралась запомнить местоположение своих покоев, чтобы потом гулять самостоятельно и не плутать.

Особенно Ровену поразила ухоженная придворцовая территория с парками, дорожками, цветниками и беседками, белоснежными и позолоченными статуями.

— Вот это да, какой идеальный порядок!

В одном из парков на скамеечках расселась компания придворных девиц в пышных платьях, которые упражнялись в игре на арфе и пении. При появлении Ровены в сопровождении маркизы, арфа смолкла, и девушки притихли.

— О, это ваша компания на ближайшее время! — пояснила камеристка. — Виолетта, подойди, дитя мое! — она подозвала совсем юную миловидную девушку.

Ровена приметила недовольное выражение лица на симпатичном личике и чуть покрасневшие нижние веки, словно та недавно плакала.

— Это моя дочь, Виолетта, — представила ее маркиза. — Я думаю, вы станете хорошими подругами.

Девушка присела в полуреверансе, но лицо отвернула.

Маркиза, раздосадованная поведением дочери, скомандовала ей:

— Все, иди! Прошу прощения, Виолетта очень впечатлительная девочка, разучивает трогательную балладу к завтрашнему дню. Ну что ж, нам пора возвращаться, королевский портной с помощниками, наверняка, уже ждут.

В холле у покоев Ровену уже дожидались две швеи во главе с королевским портным. На манекене красовался громоздкий свадебныйнаряд. Принцесса придирчиво оглядела его. Цвет платья отвечал духу Аурусбурга и был золотым.

В покоях Фрэн надела на госпожу платье, которое, как показалось, девушке весило килограммов десять. Корсет был свободным и низкое декольте открывало большую часть груди.