Книга Гадина Петровна, страница 15 – Вера Платонова

В дверь постучали, она услышала знакомый вкрадчивый голос. Теофиль! Вот кто ее основной оппонент. С таким человеком, никогда не можешь быть уверен ни в чем. Король и королева слушают его безоговорочно.

— Войдите! — крикнула она, садясь на кровати, и приводя себя в порядок.

— Ваше высочество, доброе утро! — заглянул улыбчивый советник в ее комнату. — Пришел убедиться, что наша договоренность в силе, и что вы, так сказать, не намерены выкинуть нечто внезапное на торжестве.

— Будьте спокойны, я свое слово всегда держу, — серьезно ответила девушка. — Я надеюсь, вы не намерены избавиться от меня как только свадьба состоится?

— Такого в наших планах нет, — уклончиво ответил Теофиль. — Ну что ж. Раз мы с вами убедились в серьезности обоюдных намерений, не смею отвлекать. Там у двери толпа цирюльников и портных жаждет вас заполучить в свои руки.

* * *

Принцесса стояла перед огромными дверями, ведущими в большой рыцарский зал, заполненный толпой чужих ей людей. Тяжелый золотой обруч, подхватывающий и удерживающий длинную тончайшую переливающуюся крошечными вкраплениями бриллиантов вуаль, давил на голову. Платье стесняло дыхание. Молодой принц, наряженный также в золотой камзол и белые штаны с золотыми лампасами, стоял рядом. По красным пятнам, выступившим на лице юноши, было ясно, что он волнуется. Лакеи распахнули двери. Ровена взяла принца за вспотевшую ладонь и они медленно двинулись к ожидающим у небольшой воздвигнутой по случаю торжества арки королю и королеве.

Принцесса не могла отделаться от ощущения, что она мать, которая ведет своего юного сына к алтарю, хотя со стороны они выглядели вполне гармонично. Выполнив, не совсем чисто, но хоть как-то, основные шаги, развороты к придворным, и другие элементы, которым учил ее накануне церемониймейстер,она мельком посмотрела на старика-распорядителя. Тот поймал ее тревожный взгляд и одобряюще наклонил голову: мол, все в порядке.

Никаких религий и соответственно священников в Аурусбурге не было, как поняла принцесса. Процедуру бракосочетания среди монарших персон и высокого дворянства осуществлял король.

Леонард IV произнес торжественную речь, королева Фелиция преподнесла невестке символический ключ от Аурусбургского дворца в знак того, что принимает ее в правящую семью. Руки королевы дрожали. В решающую секунду ключик из драгоценных металлов, инкрустированный янтарем и изумрудами, соскользнул с бархатной подушки и звонко ударился об пол. Придворные загудели: плохая примета. Молоденький паж поспешил было, чтобы поднять и подать ключ, но принцесса не оскорбилась лично наклониться и ухватить ключик первой.

Затем новобрачные обменялись кольцами и прошествовали на отведенные им места. Ровена почти выдохнула, но продолжала ждать.

Король Леонард снова взял слово.

— Возлюбленные подданные мои, — обратился он к залу, — пятнадцать лет с момента героической гибели моего отца Леонарда III Мудрого я правил Аурусбургом, стараясь соблюдать его заветы справедливости и благочестия. Но с великим прискорбием заявляю, что с некоторых пор некий тяжелый телесный недуг мешает мне исполнять свой королевский долг в той мере, в какой требует трудное бремя управления государством.

По залу прокатился ропот удивления. Королева нервно теребила край шелкового шарфа. Теофиль смотрел на происходящее из угла зала, благостно сложив руки на животе. Леонард сделал жест рукой, останавливающий шум и перешептывания, выждал мгновение и продолжил: