Книга По воле богов. Подарок богини. Книга 3, страница 90 – Ольга Камышинская

— Отнесись к этому, как к украшению, и залогу наших взаимовыгодных деловых отношений. Вы — женщины любите украшения…

— Залогу? — голос Луду дрогнул: — Это не просто браслет, да?

— Пока да. Это аркан.

Аркан. Рабский браслет. Чтобы она не могла сбежать от него.

— Зачем? Я же дала клятву… я же поклялась… Вы мне не верите?

Исмаил улыбнулся.

— Конечно, верю. Но так будет лучше для тебя и надежнее для меня. Когда мы вернемся в Махитанию, аркан исчезнет и браслет станет обычным украшением. Заметь, твоим собственным украшением. Навсегда. Цени мою щедрость, Луду, это очень дорогая вещь…

Он ей не верит. Не верит! Она принесла клятву, а он… За всю свою небольшую жизнь она никогда не преступала клятв. Луду почувствовала себя униженной больше, чем когда её голой перед всеми секли розгами.

Нарушение клятвы — это несмываемый позор, грех. Неужели господин этого не понимает?

Луду слушала комадора, опустив голову и глядя в пол.

Не хотелось, чтобы господин видел, как наворачиваются слёзы на её глазах.

Вик Ошос эту ночь почти не спал, лежал на кровати, глядя в потолок. У оборотня ещё теплилась слабая надежда, что Мартела жива.

Под боком, уютно свернувшись калачиком, крепко спала молоденькая волчица.

Рассвет едва забрезжил узкой малиновой полосой, когда в дверь его дома постучали.

Он тяжело вздохнул, бережно, чтобы не разбудить, снял с живота обнимавшую его тонкую руку и, натянув штаны, босой пошел открывать дверь. Когда он увидел стоявших на пороге гостей, последняя искра надежды угасла.

— Дядя, — шагнула к нему Сали, уткнулась лицом в широкую грудь оборотня и заплакала.

— Ну-ну, — он тяжело вздохнул, обнял её и ласково погладил по голове, прижался щекой к рыжему виску, — на всё воля Богини, девочка, поплачь, поплачь…

И тут же, глянув в глубь темноты за порогом, добавил:

— Здравствуй, Вивьен, рад тебя видеть. Не стой на пороге, проходи в дом… И вы, господин, проходите, не знаю, как вас величать.

— Доброе утро! — негромко ответил незнакомец, заходя в дом вслед за Вивьен. — Моё имя Мейдан.

В утренних сумерках всё расплывалось, как в дымке.

К дому Мартелы отправились сразу. Вик только обулся и накинул на голое тело камзол, который застегивал на ходу.

— Я вчера известил местных инквизиторов, значит и столичные явятся, если ни сегодня, то завтра, — говорил Вик, пока они шли, — местные даже посмотреть не захотели, велели у дома поставить охрану и не пускать никого до приезда урсулановцев. Сказали, что у них приказ на такие случаи есть. Я не стал задавать лишние вопросы, меньше знаешь — лучше спишь. Только насмешили — охрану им поставь! Да, кто туда полезет в здравом уме после черных-то магов?.. А к вам откуда новость эта пришла?

— Мартела приснилась, — ответила Вивьен слегка осипшим голосом и прокашлявшись добавила, — я почувствовала, как её… как ей… плохо…

— Ну да, — понимающе кивнул Вик и вздохнул, — твоя инициация проходил в ковене, значит у тебя с ней связь была… Твой отец знает, что ты здесь?

— Знает.

— Ну, добро, добро… Надолго к нам?

— Думаю на день — два, потом уйдем порталом, как пришли…

— Где остановитесь? В ковене повсюду будут шнырять инквизиторы, всех допрашивать. Вряд ли вы захотите попадаться им на глаза. Могу предложить свой дом, буду рад принять вас у себя…