Книга Криминальные очерки. Книга II, страница 43 – Роман Игнатов

Из всего этого вытекают опять два противоположных вывода: первый — убийцы принесли с собой стамеску, а потом случайно забыли на месте преступления. Второй, и который кажется автору наиболее вероятным состоит в том, что при обыске дома убийцы случайно нашли потерянную стамеску, а потом уж оставили на витрине. Возможно это было сделано специально, чтобы сбить полицию с толку. Следует заметить, что это им удалось.

Полиция провела ещё один арест. Обвинение предъявили мужчине, который всем хвастался, будто знает убийц. Его допросили и посадили в тюрьмк. После тщательно допроса, а что он был тщательным и обстоятельным, сомневаться не приходится, его отпустили, а все разговоры были признаны ложными. Был и ещё один подобный арест и такое же решение. Что касается плотника Пафа (его имя в документах не значилось и осталось неизвестным), то в конечном итоге все обвинения с него и его подручных были сняты. Вскоре появилась довольно интересная информация, а именно, что была замечена выкинутая кем-то окровавленная одежда. Вот заявление официальных властей:

«Принимая во внимание, что была получена определённая информация, что в прошлое воскресенье, примерно в четверть девятого, у сторожки прихода Святого Георгия на Рэтклифф-хайуэй (Миддлсекс) был замечен запачканные кровью гернсианский свитер или рубашка (прм. автора: относится к одежде моряков) и рядом платок в таком же состоянии.

Любое лицо или лица, которые подобрали и возможно, сохранили эти предметы, просим незамедлительно принести их в суд, поскольку предполагается, что они могут послужить ключом к разгадке ужасных убийств на Рэтклифф-хайуэй. Просьба также к тем, кто обладает сведениями об упомянутых рубашке и платке, явиться в суд, и они будут щедро вознаграждены за труды. По поручению магистратов Дж. Дж. Мэллет, главный клерк».

Судя по этой информации, что убийцы выкинули окровавленную одежду. Этот шаг был предсказуем и логичен. Окровавленная одежда могла вызвать много вопросов среди соседей, да и со стиральными машинами и моющими средствами в то время было довольно туго: их не было. Именно поэтому избавление от окровавленной одежды шаг с точки зрения убийц правильный.

14 декабря 1811 года была увеличина награда за информацию об убийцах от ста до пятисот фунтов — это действительно была огромная сумма. К этой награде добавлялись пятьдесят фунтов от прихода Святого Георгия, двадцать — от речной полиции Темзы и пятьдесят гиней лично от достопочтенного Томаса Боуэса.

Церковь Святого Георгия. Здесь были похоронены семья Марров и Джеймс Гоуэн.

Семью Марров похоронили на следующий день, в воскресенье, почти ровно через неделю после их убийства. На похороны собрались почти все жители, а их ужасную смерть оплакивал весь город. А уже в понедельник, 16 декабря в деле наметился прорыв. Был арестован некий Томас Найт. Это был весьма перспективный подозреваемый, как бы выразились в наше время. Итак, что же вменяли в вину Томасу Найту?

В день убийства семьи Марров и их слуги Джеймса Гоуэна, Томас Найт по словам его квартирной хозяйки вернулся домой в очень плохом настроении и его рубашка была в крови. Найт быстро снял рубашку, застирал и стал тушить у огня. А утром Томас Найт сбежал из занимаемой комнаты. Задержанный отрицал всё, кроме того, что действительно съехал, и изложил вполне связную историю, от которой ни разу в итоге не отступил. Он рассказал, что в Портсмуте у него была больная жена, а здесь же он работал трепальщиком льна в компании господ Симов, где изготавливались канаты. В субботу вечером Томас пошел в паб «Королевский герб», который содержит мистер Эдвардс, где собирался получить жалованье за неделю, составлявшее двенадцать шиллингов. Он оставалсяу Эдвардса до одиннадцати часов и выпивал со своим товарищем по работе. Затем пошёл домой и вскоре лег в кровать. Найт отрицал, что стирал рубашку и вообще снимал ее до того, как отправился спать. Утром он ушёл из дома в половине восьмого утра, чтобы забрать у Эвардса оставшиеся причитавшиеся ему полтора шиллинга. Причина же, по которой он не сообщил хозяйке дома, что уезжает в Портсмут, была проста: он задолжал ей три шиллинга. Найт опасался, что хозяйка, если узнает, что он уезжает, станет настаивать, чтобы вернул долг и поэтому просто сбежал. Хоть это был не красивый поступок, но он не был убийцей. Скажем, что Томаса Найта ещё долго держали в тюрьме и устраивали допросы, но в конечном итоге он был отпущен на свободу. Так оборвалась ещё одна ниточка.