Книга О личной жизни забыть, страница 113 – Евгений Таганов

— Думаю, что нет, — легко без всякой рисовки признался он. — Но ты знаешь, как-то совсем не страшно. Помнишь, как мы в интернате на себя все эти шпионские игры примеривали. Если тебя никто не застрелит и пытать не станет, так и жизнь будто не удалась.

— Сейчас никто шпионов не пытает и не расстреливает. Садят в цивильную тюрьму с кондиционером и меняют потом на таких же малахольных лузеров.

— Так ведь это там, за кордоном. А Москва кровушку любит, — с видом знатока заметил Копылов.

— Не нравится мне твое настроение… Что бы ты хотел, чтобы я для тебя сделала?

— А ты что, готова на все?! — с неожиданной злостью на это стандартное бабье участие спросил он. Она никак не реагировала, просто грустно смотрела на него. — Тогда идем.

Алекс расплатился, и они пошли на выход.

Во дворе дома Зацепина все было по-прежнему. Почти на том же месте стоял грузовой микроавтобус, только насидевшийся Смыга, оставив в грузовичке Грибаева, прохаживался в другом углу двора и лениво потягивал из бутылки пиво.

Вошедший во двор вместе с Даниловной Алекс приветствовал его взмахом руки, как старого доброго знакомого. Смыга от неожиданности даже поперхнулся пивом. Проводив взглядом до подъезда молодую парочку, он бросился к грузовичку, чтобы созвониться с Мухтаром и выяснить, что это еще такое.

— Кто это? — тихо спросила Марина у Алекса.

— Я же говорю, здесь всяких шнырей как собачьего дерьма.

Они поднялись на четвертый этаж и вошли в квартиру. Только бы там никто ничего не перевернул, думал Алекс. На его счастье, ничто здесь не изменилось после их с Юлей ночевки. Даже забытые в мойке кофейные чашки так и остались в ней.

Он включил на кухне один телевизор, в спальне второй, в гостиной вставил в музыкальный центр диск, а телефонный провод выдернул из розетки.

Даниловна продолжала отстраненно наблюдать за этими его действиями.

— А дядя Альберто где? — громко произнесла она, чтобы перекрыть децибелы музыкального центра.

— В бегах или на спецзадании. Где ему еще быть?

Он открыл бар и выбрал две бутылки коньяка и виски.

— Будешь?

— Как ты.

Алекс достал рюмки, поставил их вместе с бутылками на журнальный столик. Сам сел в кресло и замер. Так они и сидели, глядя друг на друга.

— Предельная пошлость, не так ли? — догадался он.

— Да уж. Из жизни одноклеточных.

Он покрутил головой по сторонам, пытаясь хоть в чем-то найти опору.

— Знаешь, я когда-то читал рассказ Джека Лондона, как двое влюбленных хотели достичь наивысшей любви. Поженились, но в постель не ложились, продолжали романтические разговоры и все такое. И градус их любви все повышался и повышался, а потом вдруг они проснулись утром и почувствовали полное равнодушие друг к другу. Рассказ назывался «Когда боги смеются».

Она не стала ему отвечать, просто сказала:

— Пойдем, ты проводишь меня до дома.

Алекс поднялся и последовал за ней к двери. Перед уходом чуть задержался. Вернулся в гостиную, встал на стул и с помощью линейки открыл малый тайник Петра. Конверт с фото Николаева трогать не стал, а неполнуюпачку долларов забрал с собой — Зацепин явно вообще не появится больше здесь. Марина с любопытством наблюдала за его действиями.

Во дворе кроме грузовичка стоял уже и серый «ситроен» Мухтара с напарником. Вот только на эскалатор метро он, увы, влезть не мог. И на бесконечных переходах у четырех станций метро возле Александровского сада в вечерний час пик Копылов с Даниловной смогли легко оторваться от пешего преследования напарника Мухтара.