Книга О личной жизни забыть, страница 156 – Евгений Таганов

Дежурный в соседней комнате с любопытством наблюдал по монитору за этими телодвижениями арестанта ине сдержал смеха, когда Алекс с возведенного сооружения не удержался и слетел на пол. Но цель была достигнута — лампочка не горела.

Прежде чем увидеть арестованного, подполковник выслушал доклад капитана Узденцова, того самого опера с лошадиным лицом, что старательно лупил Алекса по животу. Фролов, даром что был сугубо кабинетным дознавателем, очень любил вникать в подробности того, что происходит за пределами его кабинета. Все его подчиненные это знали и относились к слабости босса по-разному. Капитана Узденцова, например, это всегда порядком раздражало, мол, какая разница, какого цвета был галстук у убитого и какой размер его обуви.

— Говоришь, оказал сопротивление? А где это было? — Фролов пытливо глянул на подчиненного.

— Возле его дома.

— Наверно, и свидетели были?

Узденцов молчал, понимая, что иначе последуют вопросы о свидетелях.

— Плохо, очень плохо. Не могли другое место выбрать?

— Никто не думал, что он такой шустрый окажется, — хмуро отвечал капитан.

— Ну а потом что?

— Ровно в девять вечера прозвонился его мобильник, причем номер не определился. Волков как будто ждал этого звонка — сказал нам, что вот теперь мы совсем влипли. Потом была еще парочка таких же неопределяемых звонков.

— А про свой арест пытался что-то выяснить?

— В том-то и дело, что нет. Как будто знал, за что и куда его везут.

— В адрес не входили?

— Нет. Он сказал, что там его подруга борщ варит. Решили дополнительно не светиться.

— Думаешь, соврал?

— Парень явно ушлый, мог и соврать.

— Вы его хоть не били?

— Разве что пару раз по печени, чтоб не крутился.

— Документы какие были с ним?

— Паспорт и студенческий.

Поведение студента порядком озадачивало: так на самом деле не мог себя вести посторонний курьер, действующий втемную. Пока его везли в Москву, дежурный на конспиративной квартире выяснил, что означенный Дмитрий Волков приезжал из Питера в Москву накануне вброшенных в почтовые ящики московских писем. В общем, тоненькая ниточка успела за ночь превратиться в крепкую веревку, и Фролов почти не сомневался, что сейчас она достигнет прочности стального троса.

— Хорошо, давай его сюда.

Капитан вышел и тут же вернулся с Алексом, который был снова на всякий случай в наручниках. Фролов жестом отпустилУзденцова, вгляделся как следует в арестованного и похолодел от неожиданного открытия. В его папке лежали добытые с большим трудом фото Александра Копылова и Петра Зацепина, и сейчас в петербургском студенте подполковник узнал юного отпрыска семьи военных разведчиков Копыловых. В голове Фролова мгновенно возникла целая каша из версий про некую разработку некой политической комбинации московского разлива с этим американским компроматом. Да и как иначе, если парню поменяли не только место жительства, но и фамилию? Не сам же он на Курском вокзале купил себе новый паспорт? За эту чехарду говорило и поведение арестованного: совершенно бесстрашное и полное уверенности в собственной безопасности.

— Где сейчас находишься, знаешь? — Такой вопрос, конечно, был не самым сильным, но ведь с чего-то надо было начинать.

— Догадываюсь, — Алекс тоже не спешил быковать.

— А почему сопротивление оказывал?