Онлайн книга «Просто конец света»
|
Но для меня Нюктов все равно был «дядей Светом». Или просто – Светом. В Пьяном дворе шептались, что он из тех, кто кусает, а не из тех, кого. Что его тело от груди до ступней в шрамах после разборок, а в сердце сидит пуля. Что каждый, кто говорит Нюктову нет, рано или поздно закончит в лесу. Что Смородинка пахнет гнилью, потому что на ее илистом дне – десятки безымянных мертвецов. Словом, Нюктова боялись, любили, почитали, проклинали – но не гнали. Он был понятным божеством. Земным. Из плоти и крови. Весь в коже, на черном «харлее». А зеленые глаза будто светились изнутри. Кто еще мог похвастаться богом, похожим на рок-звезду? – Ну пожалуйста, дядь Свет! Нюктов знал, что нам с братом четырнадцать, – а значит, никаких сигарет. Но если просила я, он никогда не отказывал. Вот и в тот раз Нюктов усмехнулся: – Чертовка, – и потянулся за серебряным портсигаром. Я подышала на пальцы, чтобы согреться – октябрь выдался холодным, – и вдруг заметила черный джип с тонировкой. Таких не было ни у кого из наших. Джип въехал в Пьяный двор и направился к нам, медленно-медленно. Так хищники подкрадываются к добыче в документалках по телеку. Наконец джип остановился напротив Нюктова, ослепил нас с братом ледяным светом фароглаз и опустил одно из боковых окон. Хлопок, хлопок, еще хлопок – выстрелы, один за другим. Нюктов грузно упал в талый снег. Рядом с неподвижным телом влажно заалели мозги, и было в этой картине что‐то чудовищно-праздничное, настолько ужасное, что свело спазмом желудок. Фароглаза джипа тем временем смотрели на нас. Прямо на нас. Еще, ма, еще! Сорри, что помешали Обещаю: ничего плохого не случится Проснись, пожалуйста, проснись! Хватит, хватит, хватит! Это наш секрет – твой и мой Надо быть совсем отбитым Ну что, полегчало, волчонок? Бежим, бежим, бежим! Ну же?! Дорога хлюпала – всхлипывала – слякотью под ногами, позади – шипящий звук шин. Правда ли джип поехал за нами? И если поехал – почему не догнал? Не знаю. Я так и не оглянулась. Казалось, стоило это сделать – и джип из призрака превратился бы в реальность. И тогда мы бы пропали. Точно пропали. Случайных свидетелей принято убирать, так ведь? – Бежим, бежим, бежим! – брат повторял одно и то же. Шептал, как охранное заклинание. И мы бежали, бежали, бежали. Куда глаза глядят, лишь бы подальше от Пьяного двора, подальше от случившегося, подальше, подальше, подальше. Угол дома – Околесье – проезжая часть – лесная чернота – Смородинка – деревья, деревья, деревья… – Стоп. Где мы? – я очнулась первая. Мы остановились. В лесу, в отличие от района, снег еще не лег – и мы не оставили следов. Вокруг – ни дороги, ни тропинки, даже реку было уже не видать. Сумерки, тишина, то тут, то там всполохи хвойной зелени. И больше ничего. – Ау! Есть кто? – крик Егора остался без ответа. Мы с братом переглянулись. Мы были совсем одни. Сорри, что помешали Бежим, бежим, бежим! Проснись, пожалуйста, проснись! Хватит, хватит, хватит! Это наш секрет – твой и мой Надо быть совсем отбитым Ну что, полегчало, волчонок? Обещаю: ничего плохого не случится Обещаю! Веришь? Лес оказался настоящим лесом – безнадежно бескрайним, а не обычным окраинномосковским, каким выглядел со стороны района. На третью ночь мы истратили весь газ в зажигалке и больше не могли развести костер. Сожгли последние силы на крики и слезы. Сорвали голоса. Замерзли. По венам, казалось, текла не теплая кровь, а ледяная вода. Даже сейчас, как вспомню, – трясусь в ознобе. |