Онлайн книга «Капля духов в открытую рану»
|
Мужик прошел в ванную и начал греметь инструментами. Ася расстроилась, что не успела вымыть руки и сходить в туалет. Она села в коридоре на табуретку и уронила голову в ладони. – Мам, ну трагедь не надо играть. Сходишь, договоришься, как в прошлом году. Меня географичка завалила. И математичка тоже. Докопались, где твои тетради с домашкой за месяц, – лениво возмущалась Никуся. – А где твои тетради? – не открывая лица, спросила Ася. – Ну я их потеряла. Где еще. – У тебя их просто не было, правда? Ты просто наплевала на всех и не делала домашнее задание. Потому что особенная, да? Тебе все можно: ходить на красный свет, стоять под стрелой без каски? – Асин голос набирал обороты. – Че такое «под стрелой»? – На стройке под краном с огромной плитой, которая может тебя прибить! – Че за хрень ты несешь, мам? Че ты заводишься? Скандала хочешь? Мало тебе того, что папу довела, хочешь и меня довести? Никуся всегда била под дых коротким железным хуком. В ванной комнате что-то зашипело и донеслась отборная матерная брань. Ася кинулась к сантехнику, но в дверях ванной ее сбила струя воды, которая рвалась в коридор ополоумевшим зверем. – Кран сорвало, твою мать, – орал где-то в глубине сантехник. – Какой дурак тут устанавливал краны! Ася беспомощно заметалась, схватила на руки кошек, закричала Никусе прятаться в дальней комнате.Холодная вода по ее джинсам ползла вверх, противно морозя лодыжки. Снова раздался грохот, вой, потом что-то крякнуло, и водопад остановился, превратившись в неспешную реку. – Что вы наделали?! – в слезах закричала она мужику. – Перекрыл водоснабжение. Сейчас пойду и отключу стояк. – Вы разбили мне плитку! – Ася колотилась в отчаянии, увидев паутиной треснутый декор с пингвинами, который они с десяток лет назад любовно выбирали с Нехорошевым. – Да тут бы вообще все смыло на хер, какая к черту плитка? – орал сантехник, пробираясь к выходной двери. Ася стояла в оцепенении. Она взяла ведро и начала черпать воду, сливая ее в унитаз. Ноги ломило от холодной воды, спина, с которой она только две недели назад сняла корсет, не гнулась. В дальней комнате раздался вопль Ники. Ася кинулась к ней. – Пошли черпать воду, нас затопило! – закричала Ася ревущей в голос дочери. – Да меня Рома бросил! – визжала Никуся. – Какая к черту вода! Он мне написал, что больше не хочет меня видеть! Я не хочу жи-и-ить! Одуревшая Ася вернулась в коридор, изолировав кошек, и продолжила неравный бой со стихией. Телефоны и дверной звонок разрывались. Видимо, очнулись соседи, которых тоже затопило. Она зажмурила глаза и мысленно повторяла: «Хуже уже не будет. Я выдержу. Хуже не будет». Через три часа вода была вычерпана и вылизана тряпкой, полы блестели, напитавшись сыростью, кран издавал немой стон, искупаться было негде. Зареванная Ника прошла в кухню за чаем и виновато посмотрела на Асю: – Рома извинился… – Жизнь налаживается, – отрешенно ответила Ася. В дверь вновь позвонили, разгневанная соседка кричала, что вода просочилась на площадку между квартирами. Ася пролепетала: «Сейчас все уберу». В глазах было темно. Она вышла в общий коридор с красными от ледяной воды руками, взяла с собой ведро. В углу лежала черная тряпка, бывшая когда-то майкой Нехорошева. Красивой черной майкой без рукавов, которая подчеркивала натренированный торс. Она любила прижиматься к нему, упираясь носом в маленькую эмблему в виде лотоса на груди, и слушать спокойный метроном его сердца. Она любила его запах. Когда он ушел, вещи еще долго пахли его телом. |