Онлайн книга «Ген Рафаила»
|
В темной спальне скрипнула дверь. Мгела в длинной сорочке с кружевами застыла у стены привидением. – Мама? Потеряла таблетки для сна? – вздрогнула Натали. – Их нужно немедленно разлучить, – надрывным голосом отозвалась Мгела. – Этот милиционер – чудовище. Неужели вы ничего не поняли?.. * * * Мгелу не услышали. Икар начал бывать в доме Ани чуть ли не через день. Айзенберг вернулась, расцеловала Баилова за ремонт, предложила ему купить матрас и жить на полу – хоть со своей девушкой, хоть без. Но он отказался, и панорама на Кремль сменилась видом на зассанный забор в поселке возле платформы «63 километр». От Казанского вокзала электричка шла туда час сорок. Комнатку ему сдал коллега по отделу. Стоила копейки, остальное Икар оставлял на свадьбу. Бархатовы жалели будущего зятя и часто предлагали переночевать. Для этого в коридоре ставили раскладушку, а сверху клали великолепную перину из свадебной коллекции бабули. Мгела сверлила его черными глазами, взывая к помощи всех загробных князей, включая покойного мужа. Но следак будто этого не замечал. Более того, порой сам так зыркал на старуху, что та вздрагивала и исчезала. Ане все нравилось. Любовь ли это, она не знала, но Икар казался явно интереснее однокурсников. Девчонки завидовали, уверяли, что жених точно многого добьется. А его принципы – до свадьбы только поцелуи – говорили о высоких чувствах и железной выдержке. Целовал он восхитительно. Без студенческих слюней и соплей, по-мужски. – Ты что-то чувствуешь у него в штанах? Крепкое, металлическое? – хихикая, интересовались подружки. – Да, – отвечала Аня, – пистолет. Глава 34 Замужество Наконец день бракосочетания настал. Платье в грузинском стиле готовили лучшие тбилисские портнихи. Вручную расшивали жемчужным бисером пояс, бархатную шапочку с фатой и верхние рукава. Под ними были еще одни – из молочного шифона. Туфли тоже заказали национальные, с загнутыми носками. Аня была фантастически хороша. Икар не мог насмотреться. Ему купили черный костюм, достали заграничную нейлоновую рубашку – перламутрово-белую. На ее фоне даже кипенная белизна Аниного платья выглядела желтоватой. Но зубы, отменно ровные зубы Баилова выдержали это испытание. Бархатовы влюбились в него еще больше. Мгела – еще больше возненавидела. Чтобы молодые ни в чем себе не отказывали, после свадьбы мама с папой укатили на месяц в сочинский санаторий. А бабушку – с глаз долой – отправили на дачу в Переделкино. Там был настоящий камин, и раннюю осень можно было вполне себе сносно пережить. Первая ночь, первый завтрак, первые гости, первый супружеский пикник – были прекрасны. Аня гордилась мужем, носила его фотографию в медальоне-сердечке на груди. Она оканчивала институт и планировала отправиться в Кавказский заповедник, где восстанавливали популяцию зубра. В это же время там зарождалась почвенная лаборатория и активно шли исследования горных пород. Каждый вечер жена рассказывала Икару, какой насыщенной будет экспедиция, что за продвинутые люди ее возглавляют, сколь великие открытия ждут ученых. Следак долго молчал, а за неделю до отъезда, когда на полу уже валялись свитера, рюкзак, спальный мешок и палатка, подошел к Ане, прижал ее ладони к своим губам, поцеловал каждый пальчик и тихо произнес: |