Онлайн книга «Сгинь!»
|
А вдруг восстановятся… В этом доме ничему уже не удивляешься. Табуретка прогорела быстро. Тепла почти не дала. Разве чуть-чуть, и то все внутри печки осталось. Зря погибла. Ни за что отдала деревянную жизнь свою, лаком покрытую. Это ж надо такой цикл иметь: деревом быть, расти преспокойно в лесу – умереть – очнуться вновь табуреткой – терпеть чужие задницы всю жизнь – умереть в печи ни за что ни про что – взлететь к небу негустым серым дымом, рассеяться над лесом – остаться золой. Прогорела она быстро, не согрела никого. Изба остывала, остывала и остыла совсем. На дворе ночь. Еще одна ночь, которую нужно перетерпеть, пережить. Да стоит ли? Выйти во двор и крикнуть мертвецу: – Забирай меня уже! Не мучай! Забирай! Прекрати все это! И ждать, пока придет он, разомкнет глаза свои и примет в холодные объятия. Тени перебежали в углы. Притаились. Ольга накинула на плечи одеяло, укуталась в него, только лицо торчит. Выдохнула ртом шумно – пар пошел, скоро в избе совсем как на улице станет, скоро и одеяло перестанет спасать. Игорь перчатки натянул. Опять Ольгины. Ей, кажется, не нужны. Выдохнул воздух и он: пар идет, смерть близко. Полночь На улице сделалось совсем черно, хоть глаз выколи, только, пожалуйста, не надо ничего выкалывать, этого еще не хватало. Ольгу и Игоря притянуло к окнам: пришли и уставились в них одновременно, не сговариваясь. – Что-то будет, – шепнула Ольга, оставив на стекле потное пятнышко своего дыхания. Игорь почувствовал, как по телу вновь расползается страх, только на сей раз он был не столь липкий, не столь колючий. Словно где-то в глубине души копошился, пытался дергать за ниточки нервов, а те никак не давались – ослабли, оборвались. Умирал потихоньку страх. Осталась лишь привычка ждать очередную ночь и новые выходки мертвеца. Даже интересно, что он на этот раз приготовил? Чем еще запугает? Ольга сына ждала, не мертвеца. Какой тут может быть страх. Ждала, хоть и знала, что тот больше не появится. Теперь только если она к нему. Прямиком из избы да на небеса. Так оно и будет. Так оно и будет. * * * Началось Вдоль забора со стороны реки стали подниматься тени. В почти кромешной темноте вырисовывались очертания человеческих тел. Десятки их поднялись и выстроились вдоль забора. Армия мертвеца. Призвал своих на помощь. И они пришли. И они уставились на избу. И смотрели сквозь стены. И заглядывали прямо в сердца Ольги и Игоря. Глаза мертвецов горели в темноте красно-желтым, обещали кровь. Огоньки не моргали. Мертвецы не моргали. Позади них шумел лес. Его было слышно даже сквозь закрытые окна. Лес на стороне покойников. Он сбрасывал с крон деревьев своих снег, заставляя гудеть и землю. Темная огромная стена качалась за бледными спинами восставших мертвецов – тоже рвалась в бой. Мертвецы подхватили стоны леса. Их песнь была жутка: словно хрустели, ломаясь, кости, щелкали челюсти, и зуб о зуб стучал, не попадал, сбивался с ритма. А сквозь хруст и треск раздавался еле различимый гул. Больше – мычание. Мертвецы вцепились в забор. Их замерзшие пальцы врезались в серое дерево. Заборный штакетник заныл – бооооольно, отпустиииите, пощадиииите, но мертвецы продолжали его сжимать, пытаясь сломать полностью. Забор не поддался. То ли он оказался слишком крепким, то ли мертвецы слишком слабыми. |