Онлайн книга «Гидра»
|
«Он тебя изнасиловал», – сказала память. Или тварь, переданная Золотаревым. Енин зажмурился, но продолжал видеть. В поселок они с Ярцевым вернулись вдвоем. И стройка обратилась садистским кошмаром. Каждый день они приносили человеческие жертвы. Каждый день конвоиры расстреливали людей в котловане. Работников цементного завода… зэчек… вольнонаемников… других конвоиров… Завод стал концлагерем для тех, в чьей физической силе Яма пока нуждалась. Ведь они продолжали работать… продолжали копать… Енин распахнул глаза и попытался встать. Найти свой табельный пистолет и прикончить ублюдка, а после пустить себе пулю в висок. – Очухался, – заметила вставшая в дверях Стешка. – Быть того не может. – Золотарев поднялся из-за стола и лениво подошел к Ярцеву. Помимо кителя, на нем были только гражданская фуражка и застиранные портки. – Че, товарищ капитан, ломает тебя? «Не отвечай! Притворись загипнотизированным! Наберись сил!» Бригадир резко выбросил руку и накрыл ею макушку Енина. Ощущение было такое, словно из пальцев Золотарева растут оголенные провода под напряжением. Енин задергался, как на электрическом стуле. Паразит развернулся внутри, и притворяться не понадобилось. Сознание угасло. Тьма заполнила череп. Енин снова забыл: лейтенанта, поляну, свое имя… Золотарев всмотрелся в его потухшие глаза, громко отрыгнул ему в лицо. Прогулялся к полке, напевая: – Огней так много золотых… на улицах Саратова… Он снял с полки первую попавшуюся книгу. Для Енина эти сборники были как глоток ленинградского воздуха; зная про насмешки, он возил их с собой из одной дыры в другую. – Николай Гу-ми-лев, – по слогам прочел бригадир. – «Огненный столп». С ятями, надо же. А в слове «столб» ошибка. – И он подмигнул Стешке: – Вишь, я грамотный. На. – Он ткнул книгу Енину. Капитан покорно взял ее. На безмятежном лице высыхал пот. – Читай вслух. Енин открыл книгу наугад. – Я долго шел по коридорам, кругом, как враг, таилась тишь. На пришлеца враждебным взором… – Дуня! Подь сюда. – Смотрели статуи из ниш… – Дунька! – Золотарев сел напротив Енина и стянул до щиколоток портки. На его бедре синела наколка – гора черепов. – Ты читай, читай. – В угрюмом сне застыли вещи. Был странен серый полумрак. – Вещи, – тихо повторил Золотарев, разминая в пальцах член. – Молотки и клещи, мля. – …мой взор горящий был смущен едва заметною фигурой в тени столпившихся колонн… Дуня, самая молодая и привлекательная из зэчек, проскользнула в комнату. Она была полностью обнажена, но капитан Енин не уделил этому факту ни секунды внимания. – Коза голожопая, – сплюнула Стешка и ушла к печи. – Мерзко крался шепот хриплый: «Ты сам пришел сюда, ты мой!» – На, – помахал твердеющим членом Золотарев. Дуня покорно опустилась на колени. Как и Енин, она не могла сопротивляться Золотареву и тьме, которую Золотарев в ней поселил. Спину и бока молодой женщины покрывали глубокие царапины, на тощих ягодицах краснели следы от укусов. – Мгновенья страшные бежали, и наплывала полумгла… Дуня зачмокала ртом. Золотарев закинул руки за затылок. – Хорошо-то, матушка, как. – И бледный ужас повторяли бесчисленные зеркала. Глава 7 Добраться до Якутска было половиной дела. Выяснилось, что корабль в Яму отплывает только завтра. Глеб, контуженный двенадцатичасовым перелетом и разницей в часовых поясах, пошатался по пристани и, вздохнув, отправился в город. |