Книга Пазори, страница 53 – Валерий Горшков

Покончив с припасами, прошёл в соседнее помещение. Там хранились непродовольственные вещи. Взял несколько пачек штормовых спичек, горелок на сухом горючем, химических грелок. Нашёлся и сигнальный пистолет-ракетница с зарядами.

Мой взгляд упал на полку с беговыми лыжами. Лыжи – вещь удобная, но довольно громоздкая. В одиночку нести четыре комплекта, да ещё и с палками, было бы трудно. А ещё к ним нужны ботинки. Отказался от них в пользу более компактных снегоступов – взял четыре пары.

Всё собранное вместе с сумкой отлично уместилось в волокуши, которые нашёл здесь же. Приоткрыв ворота, вытолкнул сани в образовавшуюся щель и выбрался сам. Створка пошла обратно и защёлкнулась.

Радуясь тому, что подготовка прошла настолько легко, поспешил к Еле с Артуром и Славой за буровую. Они, увешанные сумками, ждали, спрятавшись за дальней стеной. Сломанную руку Рюмин застегнул под курткой, поэтому один его рукав болтался на ветру.

– А нам ты такие не взял? – спросил Рюмин, указывая на волокуши здоровой рукой.

Уж кому, но ему точно с волокушами было бы удобнее нести свои вещи.

– Как-то не подумал, – ответил я. – Но есть вот это.

Передал им снегоступы. Григорян стянул зубами перчатки, чтобы удобнее было крепить приспособления.

– Вот это тяги, – приговаривал он, защёлкивая крепления. – Ай-яй-яй!

Перейдя на вторую ногу, он чертыхнулся. Ощупал перчатки. Нервно поискал в карманах.

– Перстень… – причитал тот. – Да где же…

Григорян шлёпнул себя по лбу.

– В ящике тумбочки оставил! – вспомнил он.

– Артур, не стоит убиваться, купите новый, – попыталась успокоить Еля. – Нам идти нужно.

– Новый?! – озлобился он. – Это семейная реликвия! Он мне достался от отца, ему перешёл от деда, тот получил его от прадеда… Его носили знаешь сколько поколений? Вот!

Он показал десять пальцев. А затем ещё пять.

– И вот!

Сбросив сумку, он повернулся к Тамбею, но я его остановил, схватив за капюшони отдёрнув.

– Оставайтесь с Елей, Артур, – потребовал я и показал ракетницу. – У меня есть оружие, и я умею с ним управляться, поэтому за перстнем сам схожу. В ящике вашей тумбочки?

– Да, в красной коробочке, – подтвердил он. – Спасибо.

– Вы ничего не забыли? – спросил я у Конюковой и Рюмина.

Еля мотнула головой, не глядя на меня. Она сосредоточенно пыталась распутать вывко. Ничего не ответил и Слава – он жевал воротник куртки и нервно перетаптывался на месте. Ему явно не терпелось покинуть Тамбей.

Прокравшись перед воротами «Арктики», свернул в проулок и помчался к нашему домику по второстепенной улочке. Во всех домиках кроме одного не было света. Я пригнулся и на четвереньках прокрался под окном, забивая непромокаемые перчатки жгучим снегом. Оказавшись за пределами падающего через окно света, снова встал и, оглядев из-за угла тихую главную улицу, забежал в наш домик.

На ощупь отыскал кровать Григоряна. Выдвинул тугой перекосившийся ящик. Поискал среди тетрадок и письменных принадлежностей. Нащупал кожаную коробочку. Открыл и включил фонарик. Луч света утонул в рубине и распался в нём на составляющие, забив обратно сквозь грани похожим на харп свечением.

Спрятав находку, покинул домик и тем же путём двинулся обратно. Оказавшись возле горящего окна, присел и остановился. Любопытство требовало заглянуть внутрь и быстро взяло верх.