Книга Ноты соблазна, страница 149 – Аделина Жемчужева

— Я не могу смотреть, как она плачет, понял?! — я почти закричал. — Ты держи себя в руках!

Я оттолкнул его, не в силах контролировать свои эмоции, и снова сел за стол, пытаясь отдышаться и успокоиться.

Он кивнул и ушёл, оставив меня сидеть за столом. Я смотрел ему вслед, чувствуя одновременно облегчение и напряжение. Гюставчто-то задумал, это было очевидно. Но если он снова поднимет на неё руку, я не посмотрю что он мой друг. Лучше меня не выводить из себя.

Селин

Гюстав был на пределе всю последнюю неделю. Он словно перестал быть собой — раздражённый, холодный, он обращался со мной, как с бездушным предметом. Однажды в приступе ярости он толкнул меня так сильно, что я ударилась плечом о стену и поранилась. Боль была острой, но ещё больнее было осознавать, что это сделал человек, который когда-то любил меня.

С того момента я начала избегать Армана. Я старалась держаться подальше, чтобы не создавать себе новых проблем, но от этого разлука с ним становилась невыносимой. Меня разрывали чувства. Я скучала по его прикосновениям, по его голосу, по той лёгкости, которую он приносил в мою жизнь.

Гюстав же становился всё более замкнутым и злым. Каждый вечер, когда я возвращалась домой, он лежал на диване с сигаретой, его взгляд был тяжёлым, недоверчивым. Он стал приходить с работы раньше обычного, проверяя, как долго я задерживаюсь. Это давление выматывало меня. Я боялась каждого его вопроса, каждого косого взгляда.

Я не знала, как быть. Если я решусь на развод, мне придётся вернуться к родителям, но это была перспектива, от которой я дрожала. Их пьянство, шумные компании, их друзья, которые в детстве позволяли себе слишком многое… Этот кошмар мне не хотелось переживать снова. Я убеждала себя, что лучше терпеть капризы и гнев Гюстава, чем возвращаться туда.

Но внутри меня росло чувство вины. Гюстав всегда был добр ко мне, заботлив, любил меня искренне. А я предала его, разрушила всё, что у нас было. Я винила себя за его гнев, за его подозрения. В душе я чувствовала, что заслуживаю его жестокость. Но когда он поднял на меня руку, я поняла, что больше не могу так жить.

Каждый его грубый жест словно пробивал трещину в моём сердце. Я была на грани. Терпеть ради прошлого? Или рискнуть всем, разорвав этот порочный круг?

Я сидела на кухне и смотрела в окно. За окном медленно сгущались сумерки. Чай в кружке давно остыл, но я продолжала держать её в руках, словно это было единственное, что может согреть меня сейчас.

«Может, я всё-таки заслужила это?» — мелькнуло в голове. От этой мысли внутри меня что-то разрывалось. Разве можно заслужить боль? Разве я хотела всего этого?

Вспомнился Арман. Его взгляд, его прикосновения, его голос — всё это казалось таким настоящим, такимправильным. Но чем больше я думала о нём, тем сильнее становилось чувство вины. Ведь я знала, что мой выбор разрушил наш брак с Гюставом.

Шаги раздались за моей спиной. Гюстав вошёл в кухню, всё ещё с сигаретой в руке. Он был мрачным, как всегда в последнее время. Его глаза, раньше такие тёплые, теперь смотрели на меня с холодным презрением.

— Ты где была? — спросил он, прислонившись к косяку.

Я глубоко вздохнула, стараясь сохранять спокойствие.

— На работе, — ответила я тихо.