Книга Сводный дядя, или Р̶а̶з̶м̶е̶р̶ Возраст имеет значение, страница 15 – Рика Лав

Затем на его лице появилась наглая ухмылка.

— Ну что, мужик… может, ещё и за моральный ущерб? Может все же договоримся, девчонка-то у тебя ничего такая…

Я не стал его бить и марать руки, хотя и очень хотелось.

Я просто посмотрел на него взглядом, которым смотрю на неудачливых конкурентов, прежде чем стереть их в порошок.

— У тебя есть три секунды, чтобы убраться с моих глаз. Иначе я позвоню своему адвокату, и ты останешься не только без денег, но и без прав, без работы и, возможно, без нескольких зубов. Я не шучу. И не повторяю дважды.

Ухмылка с его лица сползла быстро. Он пробормотал что-то и поднял руки в примерении. Я отвернулся и сделал шаг к такси, но взгляд зацепился за заплаканную девушку в машине. Все внутри меня перервернулось.

Миг, и мой кулак с разворота летит прямо в челюсть опешившему имбицилу.

Хруст. Стон. Вот теперь точно все.

Я вернулся в такси.

Лилит сидела, сжавшись в комок, вся такая маленькая и виноватая. Но я видел вдумчивый огонёк в её глазах, она уже придумывала новую ложь и как повернуть к себе любимой мое новое к ней отношение.

— Теперь, — я откинулся на сиденье, повернувшись к ней, когда машина, наконец, тронулась. Моя нога случайно коснулась колена девушки. Она вздрогнула. — Мы поговорим. Без вранья и истерик. Что за цирк с университетом? И как давно ты работаешь в этом клубе?

Она потупила взгляд, закусила губу.

— Михэль, я…

— Враньё кончилось, Лилит, — я перебил её, голос мой был непрошибаемым. Я устал за эту ночь. И устал от ее выходок. — Ты либо говоришь мне правду здесь и сейчас. Либо ты её скажешьу меня дома. Выбор за тобой.

Она посмотрела на меня большими глазами. — Мы едем к… к тебе?

— Ко мне, — подтвердил я, складывая руки на груди. — Где никто не помешает нашему… разговору.

В её глазах мелькнула паника, но не только. Где-то в глубине читался азарт. Любопытство. Возможно, даже предвкушение. Чёрт, о чём она думала?

Я откинулся на сиденье, расставив ноги, стараясь унять напряжение в брюках. Мои же мысли были кристально ясны.

Дома она либо всё расскажет сама. Либо я вытащу из неё правду, любыми необходимыми средствами. И от этой мысли по всему телу разлилось пьянящее возбуждение.

Черт, о чем думаю я⁈

Его дом был огромным, холодным и чертовски стильным. Вся эта громадина из стекла, металла и темного дерева орала о деньгах и власти.

Совсем не то, что наша уютная, пусть и четырехкомнатная, квартира с отцом.

Я чувствовала себя Золушкой, которую не на бал привезли, а на пытки.

— Иди в душ. От тебя пахнет алкоголем, хотя я надеюсь, что все это ты вытворяла на трезвую голову, — его голос прозвучал позади.

Михэль подтолкнул меня в сторону коридора, а сам ушел вглубь дома, чтобы через мгновение вернуться со сложенным в руках темно-синим халатом из мягкой ткани.

— Держи. Смой с себя все. И особенно эти блестки. Ты похожа на девушку по вызову.

Мужчина проводил меня до двери ванной, сунул халат и полотенце в руки. Его пальцы скользнули по моему запястью, задержались на секунду. Дверь закрылась с тихим щелчком.

Под струями воды я пыталась смыть с себя этот кошмарный вечер. Но тело предательски помнило все.

Когда я вышла, кутаясь в огромный халат, то нашла Михэля уже на кухне.

Он успел переодеться и стоял у массивной столешницы, разливая по чашкам черный чай. Мускулы его спины красиво играли под темной футболкой.