Книга Родной приемный сын миллиардера, страница 44 – Ксения Фави

Тяжело вздыхаю.

— Когда не знаешь точно о прошлом, трудновато жить, — смотрю ему в глаза, — я никогда не страдала амнезией, потерей памяти. Но сейчас понимаю таких людей.

— Я могу тоже сделать вид, что ничего не помню.

Задыхаюсь от возмущения и делаю выдох почти ему в губы. Он так близко, мое лицо в его ладонях. Темный взгляд гипнотизирует меня. А вкус губ вновь уносит в неведомые дали, где нет сомнений и забот. Есть только легкость, удовольствие и чувство полной безопасностирядом с ним. Господи, я как будто одурманена!

— Тамир!

Нечеловеческим усилием отрываюсь от него. Наши взгляды еще мутные. Дыхания сбивчивы, а на губах вкус друг друга. Его ладонь на моем лице, я крепко хватаюсь за его запястье. Кожа его любимого браслета такая теплая. Нагрелась от жара мужского тела. Я даже залипаю на миг.

Но после убираю от себя его руку.

— Что? Снова заблокируешь меня везде?

Нет, это сказала не я! Это он! Что, вообще?!

— Это я тебя заблокирую?! Тамир, ты переходишь все границы! Я не позволю дурить себе голову! Убеждать меня в чем-то, чего не было! Знаю, есть такой психологический прием… Манипуляции…

— Какие еще к черту манипуляции?! Какой прием? Яра!

Теперь мое имя звучит очень громко. Шиплю.

— Не разбуди Степашку!

Тугулов выдыхает. Заметно, с каким трудом берет себя в руки.

— Думать о том, что я буду тобой манипулировать! Какие еще грехи ты мне предъявишь, Ярослава? Я думал, ты хоть немного веришь мне…

Так, дело заходит далеко. В голосе этого миллиардера со стальными мышцами прозвучала обида. Словно я задела какое-то его мягкое брюшко. Не в прямом смысле, конечно! У Тамира твердый пресс… Но я затронула самую его уязвимую часть.

Как бы я не была возмущена, я так не могу.

— Тамир, давай поговорим спокойно? — вношу предложение.

— Давно мечтаю об этом! — он опять кричит, потом на миг прикрывает веки и говорит уже спокойно. — Давай…

Указываю рукой на стол. Мне не столько хочется сесть, сколько отгородиться хоть чем-то от Тамира. Через стол он не будет прикасаться ко мне и не собьет мой объективный взгляд.

— Тамир… — начинаю, когда мы разместились. — Ты говоришь, я заблокировала тебя. Но заблокировал меня ты! Я не смогла ни дозвониться, никуда написать тебе. Я везде была в черных списках!

Лицо Тугулова мгновенно темнеет. Он хмурится. Белеет. У него подрагивают пальцы. Похоже, он обеспокоен не на шутку.

— Что?.. — только и может сказать.

— Я говорю правду.

— Но это я не мог тебе написать!

Вздыхаю. Не ожидала от Тамира. Молча встаю и иду в нашу с сыном спальню. Не убегаю, нет. Хочу взять телефон.

В одной из соцсетей, самой популярной сейчас, я зарегистировалась уже после разрыва с Тугуловым. Одну старую забросила совсем, и аккаунт не восстановить.

Но есть еще одна, в которой иногда я переписываюсь с подружкой. А еще электронная почта.

Вот их и демонстрирую, вернувшись на кухню.

— Кхм, — Тамир закашливается, — действительно блок… Как будто я ограничил тебе возможность писать сообщения.

— Как будто?! — хмыкаю и вспоминаю еще кое-что. — Еще есть симка с тех лет. Сейчас стоит у меня как вторая.

Делаю вызов ему. Большой смартфон миллиардера тут же на столе. Гудки идут, но звонок не доходит. Аппарат Тамира молчит.

— Что за?.. — его глаза лихорадочно блестят. — Подожди!