Книга Мы сами все разрушили, страница 19 – Виктория Лайонесс

— Луиза, выслушай меня…

— Как давно ты с ней трахаешься? Из-за этого ты так часто задерживался на работе? — из меня вылетают вопросы и даже голос не дрожит несмотря на то, что меня всю трясет.

— У меня ничего с ней нет и не было. Я правда задерживался на работе. Клянусь всем, что у меня есть. В моей жизни всегда была только ты. Я сам не знаю, как это произошло. Я был не в себе. Не понимал, что делаю.

— Я не верю ни единому твоему слову!

— Но это так, милая. Я говорю правду. Я никогда не лгал тебе.

— Не называй меня так… — цежу сквозь зубы, сжимая руки в кулаки.

— Луиза… — пытается подойти ко мне, но я пячусь от него, и он останавливается.

— За что ты наказал меня, Фрэнк? За то, что из-за меня твои отношения с отцом испортились? Или за то, что я не смогла подарить тебе ребенка, которого мы оба так сильно хотели? За что ты так со мной? — губы начинают дрожать, а из-за накатывающих эмоций, глаза наливаются слезами.

— Господи, родная, нет, — его лицо искажается гримасой боли. — Я себя наказал этим на всю оставшуюся жизнь.

— Ты меня разрушил, Фрэнк. Ты это понимаешь? — всхлипываю, начиная плакать, хоть и меньше всего хотела делать это перед ним. — Ты уничтожил меня. Унизил. Растоптал…

— Я не хотел этого, малышка, — в один шаг Фрэнк оказывается передо мной и притягивает к своей груди, крепко обняв.

— Нет! — выкрикиваю сквозь рыдания, оттолкнув его. Нервы дают сбой и замахнувшись, влепляю ему звонкую пощечину по той щеке, где ссадина, услышав сдавленное шипение. А потом просто бью кулочками по твердой груди. — Ненавижу тебя! Ненавижу! Как ты мог так со мной поступить, мерзавец?! —продолжаю со всей силы колотить его, но он даже не сдвигается с места и не пытается остановить меня, молча принимая удары.

Меня накрывает истерика, выливаясь потоками слез и горьких рыданий.

Когда сил больше не остается, я резко замираю, облокотившись лбом о его грудь, и просто тихо всхлипываю.

Чувствую, как быстро колотится его сердце, а мое просто разрывается в груди от полного отчаяния.

— Прости… — шепчет губами мне в макушку.

Отстраняюсь, как от удара, не желая больше соприкасаться с ним и ощущать его запах. Под напряженным взглядом серых глаз снимаю обручальное кольцо с пальца, оставляя на комоде.

Едва передвигая ногами, иду в спальню. Стараюсь не смотреть в сторону постели, на которой мы столько раз занимались любовью, и сразу прохожу в гардеробную. Достаю из шкафа чемодан и начинаю судорожно забрасывать в него самое необходимое. За остальным пришлю кого-нибудь другого.

— Не надо. Я сам уйду, — раздается сбоку от меня, и я замираю, но не поднимаю на него взгляд, чтобы снова не разрыдаться. Я и так показала ему свою слабость.

Больше этого не повторится!

— Я хочу развода, — выпаливаю и слышу, как Фрэнк резко втягивает ртом воздух.

— Луиза, прошу не надо.

— Все кончено. Я не прощу.

— Дай мне шанс все исправить.

— Лучше бы я воспользовалась шансом и взяла тогда деньги у твоего отца, — больше не контролирую свой гнев.

— Ч-что ты сейчас сказала? — голос полон шока.

— Что оказалась полной дурой согласившись выйти за тебя, — поднимаю на него взгляд, надев маску безразличия. — Твой отец предлагал мне деньги, которых хватило бы до конца моих дней, только чтобы я отказалась от свадьбы с тобой. Даже пытался подкупить мою маму, чтобы она отговорила меня. Но теперь он может быть счастлив, ведь его сын станет свободным и у него появится достойная чистокровная невестка, которая родит ему внуков не с грязной кровью, — говорю все это, желая сделать как можно больнее, а у самой все разрывается внутри.